В конце X века на побережье Балтийского моря в семье викинга, которого приютили северо-западные русы, родился мальчик с необычайными способностями по имени Морав. Он рано осиротел, и его взял на воспитание главный волхв племени. В пятнадцать лет юноша узнал от жрицы-пророчицы, что он Хорт, волкодлак, неуязвимый для вражеского оружия. Ему нужно вернуть некий "долг", о чем Мораву-Хорту поведал жрец-ведун в капище бога Белеса.
© Гладкий В.Д., 2015
© ООО Издательство «Вече», 2017
Уставшая луна, ночь напролет освещавшая мрачную зыбь Варяжского моря[1], скатилась к горизонту, где, наконец, спряталась среди туч, и на востоке зарделась утренняя заря. Ленивые волны с тихим шелестом облизывали белый песок побережья, а ветви высившихся в некотором отдалении от берега вековых сосен даже не шевелились. На удивление теплая весенняя ночь опутала незримыми нитями расположенное на возвышенности хорошо укрепленное городище и погрузила его в сонную негу. Сторожевые псы, до этого брехавшие на луну и устроившие среди ночи бурное выяснение отношений, успокоились и лишь изредка тихо рычали и повизгивали от боли, зализывая болезненные укусы.
По меркам той поры – начала 6520 лета[2] от Сотворения мира в Звездном Храме[3] – городище было крупным; в нем насчитывалось около пяти десятков больших и малых домов и землянок. Поначалу, когда оно не имело укреплений, русы[4] называли его селищем, но со временем, опасаясь набегов недружественных племен, жилища окружили глубоким рвом, глиняными валами и палисадом – высокой изгородью, представлявшей собой вкопанные в землю вплотную друг к другу древесные столбы, заостренные при вершине. Так селище превратилось в городище, или твердь.
Кроме жилищ, которые располагались в центре тверди, вокруг колодца с «журавлем», возле валов стояли приземистые хозяйственные постройки. Они не были предназначены для какой-либо домашней живности. В них хранились различные припасы и оружие – проживающие в городище русы не занимались ни хлебопашеством, ни каким-либо иным хозяйством. Они были охотниками и рыбаками, а также добывали алатырь[5] – «солнечный камень», коим изобиловало южное побережье Варяжского моря.
Но главным занятием русов, которое приносило им немалую выгоду и было жизненно необходимым, являлась торговля. Едва Варяжское море освобождалось ото льда, половина мужчин городища, способных носить оружие, садились на весла. Вместительные лодьи русов брали курс на главное торжище всех народов, проживающих на берегах Варяжского моря. Оно располагалось в порту большого и богатого поселения Слисторп[6], находившегося в землях данов[7]. На продажу везли в основном меха и алатырь-камень, который собирали на побережье после сильных штормов женщины, старики и дети.
По пути в Слисторп русы иногда пиратствовали, перехватывая чужие купеческие суда. Поэтому на торжище кроме связок пушнины и корзин с «солнечным камнем» они нередко привозили и рабов, свою попутную добычу. Пиратство у русов не считалось чем-то зазорным; так действовали купцы всех народов и племен, населявших берега Варяжского моря. Особенно опасным был узкий пролив Эресунн, который кишел морскими разбойниками. Обычно купцы предпочитали не входить в него и перетаскивали суда в Слисторп волоком – посуху. Но это правило не касалось русов. Пираты, завидев красные паруса их лодий, старались спрятаться в каком-нибудь фьорде. В сражении русы были беспощадны; их побаивались даже викинги[8], заставлявшие трепетать от ужаса всю Европу.
Однако вернемся к тверди русов. Вернее, к мысу в некотором отдалении от нее. По форме он напоминал клюв хищной птицы; собственно говоря, русы его так и называли – Клюв Ястреба. Изрядно заросший вековыми соснами, мыс защищал твердь русов от злых северо-западных ветров. А обширная песчаная отмель мыса служила излюбленным местом добычи «солнечного камня», так как во время штормов сюда приходили самые высокие и бурные волны.
Жители городища могли на слух определить, настолько богатым будет улов и когда море перестанет бушевать, – во время штормов, особенно осенних, со стороны мыса доносился страшный грохот и рев, словно там происходила грозная сеча между богами. Именно улов, потому как алатырь-камень не только собирали вручную, но еще и ловили большими сачками на длинных шестах. Сборщики «солнечного камня» забредали в воду настолько возможно или выходили в море на лодках и вылавливали водоросли с запутавшимся в них янтарем.
Но в эту тихую весеннюю ночь мыс сонно дремал, укутанный в предутренний туман. Ничто не нарушало его спокойствия, даже неугомонный филин перестал ухать от переизбытка любовных страстей. Мыс был молчалив и безлюден; да и что там делать человеку в ночное время? Русы побаивались тьмы, которая таила в себе много опасностей, поэтому предпочитали проводить ночное время под крышей. Даже в походах воины спали в палатках (за исключением дозорных). Палатку натягивали на складную раму, на верхних концах которой находились резные изображения драконов, призванных отпугивать разную нечисть.
