– В смысле?? Я ее только купила.
– Тем лучше, легче будет с ней расстаться.
– Хей! Детка, ты точно в порядке? Слушай, я догадалась!
– О чем ты догадалась?
– Как о чем? Ходишь целый день никакая, хамишь, помада размазана, а сейчас еще и деньги просишь! Да ты хахаля себе нашла! Наркодиллера! Он тебя чмокнул разок, золотые горы наобещал, а ты на радостях на ему и денежку. Вот теперь точно ничего тебе не верну. Мне твое здоровье важнее!
– Жарова, ты там чокнулась что ли? Я говорю: мне деньги нужны. Какой нафиг наркодиллер? Я, может, тоже сумочку захотела.
– Так я тебе поносить дам, зачем же сразу покупать-то, и вообще, когда тебя начали интересовать «цапки с дорогостоящими надписями», или как ты их там называешь?
– Да иди ты в баню со своими сумками!
– Ой, какие мы злые! Кстати, прикинь, меня Юра из друзей удалил.
При упоминании подругой злосчастного имени у меня тут же вспотели ладошки.
– Как удалил? – лихорадочно прошептала я.
– Ты точно не под кайфом? Как-как! Молча, наверное! Или с матами на всю квартиру, я откуда знаю?! Зашел в контакт, нашел меня среди друзей и делилтнул. Чо тут объяснять-то.
– «Чо» по китайски – жопа.
– Ой, Волкова, я тебя умоляю! Иди проспись, а. Только стой, скажи, что он козел.
– Зачем?
– Как зачем? Он меня окончательно бросил! – перешла на крик трубка.
– Вы не встречались…
– Встречались – не встречались – это формальности. Главное, что он козел! Слышишь козел! Ну, скажи, блин, тебе чо сложно?
– Жопа.
– Чо жопа-то? Я сказала – козел!
– Да нет, по-китайски, ну, ты знаешь. А то расчокалась тут.
– Слушай, Поль, давай ты филолога будешь в других местах включать, а меня учить не надо. Все, пока. Я обиделась! – кинула напоследок Жарова и бросила трубку.
