– Так считала Крессида. Видите ли, я думаю, что бедняжка вообще не заезжала домой. По ее виду можно было сказать, что она ночевала в машине. Странно. Финбар и его тетка Мона редко ошибаются. Разве что, пересказывая, перепутают какую-нибудь деталь. Ну, к примеру, они, похоже, не в курсе, что яхта больше не принадлежит Вэлу. Однако что-то мне подсказывает, что Финбару можно доверять. Он очень расстроился, когда узнал про Эванджелин. Имел на то право – считал ее светом в окошке. – Мэрилин хихикнула. – Хотя я очень сомневаюсь, что он был в числе ее старичков. Кстати, мистер Макбрайд, – спросила миссис Донован, когда в половине двенадцатого машина остановилась у ее дверей, – вы хотели задать мне какие-то вопросы?
Инспектор помог ей выбраться из автомобиля. На пороге стоял Стив с вопящим младенцем на руках.
– Ну, здравствуй, разлюбезный дом, – простонала Мэрилин.
– Вы сами на все ответили, – рассмеялся инспектор. – Последняя маленькая справка: где миссис Уолтер держала деловые бумаги, счета и все такое прочее?
– В основном в кабинете. А остальное – в деревянном сундучке в гостиной. Золотая отделка и нарисованы пейзажи. Миссис Уолтер говорила, что он из Италии. Иногда она клала на крышку подушки, так что его можно было принять за кушетку. Вы его легко узнаете.
Он проснулся словно от толчка. Что это? Страх? Рекальдо почувствовал, что весь в поту. Если он не в силах защитить даже Крессиду, то кого вообще в состоянии защищать? В полусне, в полуяви он думал о том, что видел во вторник. Перед внутренним взором вновь возникли две женщины на яхте. Ветер развевал белокурые волосы той, что была моложе, а она смотрела в сторону моря, где на носу рыбацкой лодки Спейна вспыхивали на солнце кудряшки Гила. Внезапно обе головки – и мальчугана, и девушки – закружились, стали наползать друг на друга и расходиться, как фрагменты мозаики в калейдоскопе. Он зафиксировал видение в сознании, медленно открыл глаза и поднес к свету прикроватной лампы часы. Пятница, утро, пять минут седьмого. Пять часов сна пролетели как пять секунд. Он лежал неподвижно, полный тревог о том, что готовит наступающий день.
Страх за Крессиду усилился, а с ним пришла неуверенность: помог ли он ей тем, что увез из дома, или, напротив, подверг еще большей опасности? Не возымеет ли его действие эффект, обратный тому, на который он рассчитывал? И не привлечет ли его любимая еще большее внимание Макбрайда? От этой мысли Рекальдо охватил ужас.
Он выскочил из постели, принял душ, побрился и без двадцати пяти семь был совершенно готов. Задержавшись лишь для того, чтобы проглотить чашку кофе, покинул дом и поехал повидаться с О'Даудом. Он хотел поговорить со Весельчаком наедине, не зная, когда появятся Коффи и Макбрайд.
О'Дауд уже встал, был одет и поздоровался, нисколько не удивившись визиту. Всем своим видом он намекал на некий не вполне законный сговор между ним и Рекальдо и потому упорно называл сержанта Фрэнком. В доме недавно сделали ремонт. Как только Рекальдо отворил дверь, в нос ударил запах свежей краски и новых ковров. В коридоре лежали открытые картонные коробки, похожие на те, что он разглядел через окно мансарды. В них оказались книги и видеокассеты. За открытой дверью передней стоял новый, только что из магазина, темно-синий диван, с которого еще не успели снять защитную пленку, и пустой, недавно выкрашенный книжный шкаф. Рекальдо удивился: на берегу с перспективой на красивую водную гладь кому-то пришло в голову устроить гостиную с видом на неухоженный луг.
– Я и не предполагал, что ваш дом расположен так близко к устью, – учтиво заметил он, следуя за хозяином в нарядную современную кухню. Здесь окна были расположены слишком высоко, чтобы смотреть в них из-за стола, куда усадил его О'Дауд. – Жаль, что нет никакого вида.
Хозяин покосился на него, стараясь понять, не смеется ли над ним полицейский, но решил, что тот говорит серьезно.
– Когда мне приходит в голову полюбоваться пейзажем, я выхожу на улицу, – ответил О'Дауд. Задняя дверь оставалась слегка приоткрытой (нет окна, нет и вида), и в кухню проникал успокаивающий шорох набегающей на берег волны. Хозяин жарил яйца, бекон и ветчину. Затем отставил шипящую сковороду, заварил чай и накрыл чайник грязным красным вязаным чехлом. Его движения были точны, хотя немного суетливы; он даже положил у каждой тарелки по цветной бумажной салфетке.
– Можно получить у вас ключи от соседнего дома? – Рекальдо пошел в атаку без всякой подготовки. О'Дауд посмотрел на него через плечо, но ничего не ответил. – У вас имеются запасные ключи. Будьте любезны, передайте их мне, – повторил сержант и добавил: – До конца расследования.
– Я уже их отдал. Разве ваши коллеги из Корка вам не сказали?
Черт! Рекальдо заметил в глазах Весельчака презрение.
– То, что вы мне сказали, правда? Как вы стали владельцем Олд-Корн-Стор?
О'Дауд небрежно пожал плечами.
