А сила эта столь велика, что позволяет разрушать миллионы тонн известняка любой категории прочности, заменяет труд тысяч рабочих и облегчает нелегкое дело - прохождение в земной тверди.
- Московский Метрострой ежегодно расходует 120-130 тонн аммонита, сообщил мне начальник буровзрывных работ Метростроя.
В самом дальнем углу взрывсклада хранятся деревянные ящики с надписью: "Аммонит патронированный для подземных и открытых работ".
Я пришел как раз к тому часу, когда кладовщик, бывший старший взрывник Владимир Иванович Леонов, выдавал порцию взрывчатки своему давнему товарищу Алексею Тихоновичу Федосову, готовящемуся к выходу в забой. Его брезентовую сумку заполнили патроны, завернутые в красную бумагу. Желтоватая масса крупинок в них не теряет своей силы даже в воде, которая под землей всюду, кроме взрывсклада.
В другом отсеке склада хранятся взрыватели. С ними надо быть особенно осторожным. Поэтому, получив для работы тонкие, как карандаш, латунные стержни-детонаторы, взрывники уходят с ними в другой отсек - зарядную камеру. Здесь два стола. На одном в минуты отдыха стучат костями домино.
Другой стол покрыт резиной: никто по ней не стучит, а, наоборот, тут плавно и легко проверяют калибр электродетонаторов. В крышке стола есть отверстие, а под ним - ящик с песком. Вот в него и опускают взрыватели, чтобы проверить их сопротивление. Их на одну серию взрывов идет пятьдесят. Работа эта несложная, но делать ее можно только на совесть. Если взрыватель не сработает, значит, в забое может случиться такой сюрприз, за который не говорят спасибо.
- Каждый стерженек - это мина, которая срабатывает или мгновенно, или с нужным интервалом, что на воде, что на воздухе. Хорошо рвется, - говорит взрывник, начинавший свою службу в те годы, когда еще применяли для этого бикфордовы шнуры, доставлявшие много хлопот. Остерегаться его нужно было, как огня, и ретироваться подальше, когда он поджигался. Да и вода нередко тушила огонь.
Сейчас ничего поджигать не надо. Все осуществляется с помощью электрического заряда, дистанционно. Федосов - взрывник шестого разряда, четверть века работает под землей, а начинал еще на "Киевской" кольцевой.
Последний электродетонатор проверен, все сосчитано, все концы соединены, чтобы уберечь их от блуждающих токов, все уложено в брезентовую сумку. В руки берется рогатка с проводом и электрическая машинка, генератор импульса. С такой нелегкой ношей взрывник выходит в забой, получив от начальника смены задание на взрыв в левом перегоне шахты №835.
Идем почти километр по круглому туннелю, облицованному бетонными плитами, ведущему в сторону Пушкинской площади. Под ногами хлюпает вода. Когда-то тут хозяйничало древнее море, оно оставило после себя известняки четвертой категории прочности. Куски белых глыб, груженные в вагонетки, вывозят нам навстречу.
Все, кто есть в забое, покидают его, уступая дорогу взрывникам. Для них тут уже все готово. Два часа проходчики бурили 50 глубоких отверстий. В них свободно проходит метровая деревянная палка. Она-то и помогает просунуть патрон в толщу известняка, отливающего на свету голубоватым цветом. Почти вплотную упирается в известняк укладчик блоков с поднятой железной рукой - эректором. Эта махина защищена железными листами от взрывной волны.
Тихо в забое. Взрывники работают молча. Один изготовляет боевик, заталкивая в патрон детонатор, другой набивает патронами шпуры, пробуренные по всей площади круга. Силы особой для этого не надо, но, взяв в руки боевик, нельзя уронить его, оставить под ногами.
Когда все 50 отверстий заполнены, концы детонаторов, как у лампочек на елке, последовательно соединяют в одну цепь, оставляя свободными всего два конца. Вот тогда взрывник командует:
- Пошли!
Теперь из забоя уходят все.
Федосов разматывает и тащит за собой длинный провод. В последний раз дает оглушительный свисток, оповещая о предстоящем взрыве. Все укрываются в безопасной зоне: камни при взрыве летят на 200 метров.
...Пора взять в руки взрывную машинку и крутануть ручку. Замигавшая лампочка - знак того, что можно нажимать кнопку. В то же мгновение по туннелю прокатывается ударная волна, и уши закладывает от канонады. Слышен треск мельчайших камешков, пулями пролетающих в вентиляционной трубе. Запахло взрывчаткой, загудела вентиляция, отсасывая пыль и газы. Заряды подрывались не сразу, а один за другим, словно во время артиллерийского салюта.
Когда мы снова подходим к забою, путь к стене преграждает гора больших и малых камней - 60 тонн породы ожидают теперь погрузки.
Сюда уже спешат поезда с порожними вагонетками. Облегчивший свою сумку взрывник возвращается на взрывсклад, он выполнил свою работу. Навстречу ему идут в забой проходчики.
ПОСЛЕДНИЙ ПЛОТ НЕГЛИНКИ
