Моряки с «Паллады», что не пожелали остаться в Виктории, получили от Ивана Американца, помимо платы за полгода плавания, двухмачтовую шхуну и немного мехов. На шхуне они отправились в Кантон. Предполагалось, что парни продадут там шхуну и купят проезд до Британии на каком-нибудь из кораблей Ости-индийской компании. Однако, моряки из Ярмута поступили умнее. Зачем платить за дорогу жадной компании, если опытный моряк и сам может заработать? В Кантоне у европейских кораблей обычно недоставало людей. Кто-то умирал в дороге, кто-то сбегал, кого-то насильно забирал королевский флот, а Китайский император своим подданным наниматься к иностранцам запрещал.
Так что они поступили матросами на самых лучших условиях. А помимо платы получили возможность провезти товар — чай, фарфор, шелк, безделушки. В него и вложили средства от шхуны и мехов.
В Ярмут они вернулись богачами.
Не всем богатство пошло впрок, те же Билли Адамс и Сэм Рид вскоре остались на мели, что и позволило Ясютину нанять обоих на службу. Другие же обзавелись собственным делом или вошли в долю к знакомым. К этому времени Ярмут из второстепенной базы флота стал одной из основных, тем более когда началась кампания против Голландии. Снабжение кораблей, войск, разнообразные услуги морякам и многочисленным проезжим, чиновникам эмигрантам приносили хорошую прибыль.
Поход на «Палладе» сослужил парням ещё одну службу, когда в Ярмут стали заходить корабли эскадр Ханыкова и Макарова. Знание языка (а Иван Эмонтай обучил ему всю команду, независимо от того, собирались они оставаться в Америке или нет) открыло дрогу к русским корабельным казначеям и секретарям. Те были рады вести дела со знающими язык людьми, так что практически все контракты на снабжение оказались в руках палладовцев. Моряки тоже зачастили. Вообще-то нижние чины на берег не отпускали. Но офицеры, как только освоились и узнали, в каких тавернах и лавках говорят по-русски, все чаще стали посылать вестовых. Не бегать же самому за бутылкой кларета? От вестовых и денщиков о необычном английском городе узнала и все остальные.
К Ярмуту у Ясютина, как и у других русских американцев, было особе отношение. Многие англичане, что осели в Виктории вышли из Ярмута, из Ярмута пришел их единственный фрегат. Город Ясютину нравился и сам по себе. Он находил очаровательными тесную застройку, большое число таверн, постоялых дворов, пабов. Ему нравились людские потоки — множество приезжих со всех концов Британии, толпы моряков с огромного числа кораблей и судов, иностранцы… голландские рыбаки, торговцы, эмигранты, в том числе высокородные беглецы из европейских княжеств и королевств, охваченных Французской революцией. Всё это создавало лоскутное одеяло одежд, мельтешение разнообразных по форме и цвету лиц, вавилонское столпотворение языков. С постоянным населением в пятнадцать тысяч человек, город уже вмещал в себя вдвое больше. И мало того, рос так быстро, что горожане решили сносить старые стены, веками сдерживающие его развитие. Как раз во время нынешнего приезда рабочие разбирали несколько башен, что мешали проезду, не забывая прибрать к рукам древние камни, чтобы использовать их под собственные нужды. Оживлением Ярмут походил на Лондон, но без лондонского угольного смога и преступности, если конечно, не гулять по самым узким и темным роу, где можно найти в изобилии и вонь, и злодеев. И всё же здесь чаще ловили смуглеров, чем душегубов.
Подобно Нельсону и другим важным людям, Ясютин остановился в таверне «Звезда», возле которой останавливалась карета из Нориджа. Так сказать, положение обязывало. Однако на встречу с друзьями палладовцами они с Билли отправились в трактир «Белый Лев», что на Королевской улице.
Дело в том, что прежний хозяин этого заведения господин Нильсон был старым знакомым Слэйтера, большого друга Ивана Американца. И когда часть моряком с «Паллады» вернулась из Виктории, один из них, Кеннет Хейл, выкупил бизнес, а остальные негласно избрали таверну своеобразным «клубом». И неизменно стекались сюда по всякому поводу, несмотря даже, что некоторые вложились в другие подобные заведения.
Именно сюда на имя Хейла приходила часть писем из Виктории. Именно здесь Ясютин иногда встречался со своей лучшей в Англии агентурой. Жаль что они были не министрами и депутатами, а обычными моряками.
К их с Билли приходу здесь уже сидело трое палладовцев. Как всегда они занимали стол подальше от входа и в полусумраке узнать их оказалось непросто.
— Что нового парни? — спросил Билли с порога и, получив первую кружку пива, присел к остальным.
— Джошуа забрали на флот, — сообщил парень по имени Рой. — Попался вербовщикам…
— Он всегда был непутевым, — Билли сделал первый глоток и вытер рот рукавом.
— Что за срочное дело? — решил сразу же выяснить Ясютин.
— Подождем Тима Эванса, он расскажет, — уклончиво произнёс Кеннет Хейли.
Хозяин что-то темнил.
— Надеюсь речь не о продаже призов? — забеспокоился Ясютин. — В Норидже мы видели объявление.
