– А кто его разберёт? Тут только что прошла дивизия ВКС со всеми своими обозами. Могли обронить какую-нибудь ерундовину. Ну а собачка на неё наткнулась, – убедившись, что фиксирующая аппаратура свои функции выполняет, пилот привёл в действие пушку.
А еще через полтора часа, расстреляв все трассирующие заряды, но так и не найдя створ портала, челнок был вынужден начать маневрирование для возвращения на ту же самую взлётно-посадочную полосу которую покинул менее суток назад.
Выспался Степан прекрасно. Пробуждение в утробе подводной лодки привело его в радостное недоумение: о наличии у аборигенов подобных судов он даже не догадывался. И сейчас, когда началась война на уничтожение, начатяае правительством против населения планеты, данное обстоятельство внушает надежду на успех.
Действительно, противопоставить мощи метрополии маленькое сообщество здешних жителей может немногое. Прежде всего, скрытность и способность уходить из-под удара. Хотя, как минимум один из десантных кораблей они сумели крепко стукнуть о бетон посадочной площадки.
– Проснулся? Иди завтракать! – шкипер подводной лодки махнул рукой из-за пульта, установленного строго по центру судна ближе к корме.
Нехитрую дорожную снедь – варёные яйца и хлеб, дополненные неограниченным количеством соли в солонке, сделанной из консервной банки, Стёпины телохранители успели отведать, и теперь пили чай. Разговор не завязывался, да и о чём говорить? Хотя, надо бы выяснить, куда они идут.
– Долго нам ещё плыть?
– За полтора суток доберёмся, – моряк улыбнулся. – Кстати, меня Климентием зови, а твоё имя я знаю. А идём мы на остров Тэра. Вернее, на военную базу тебе надо будет попасть, так что часть пути вы уж своим ходом дотопаете, а я вернусь сразу, как расстанемся.
– А зачем мы туда направляемся, – Стёпе не на шутку интересно, зачем его так целеустремлённо доставляют в место, о котором он ничего толком не знает.
– А я думал, ты в курсе. Не спрашивал.
Вот влип! Ну-ка, включаем мозги. Если полагать, что распоряжается всем Яга, то выходит, что его сейчас командируют к людям, подчиняющимся федеральным властям. Он ведь, хоть и волею случая, но исполняет обязанности самого крупного государственного чиновника. То есть это попытка как-то урегулировать вопрос с военными. И никаких инструкций. И не будет, кстати. Во-первых, потому, что никто из аборигенов на связь не выйдет – вся радиоаппаратура у них отключена. А во-вторых, никаких распоряжений дать ему никто просто не в состоянии потому, что ничего толком не известно об истинном положении дел. То есть это – засыл на удачу. Или посыл. Неважно. Он теперь сам себе и командир, и разведка и боевое подразделение. Агент влияния.
Интересно, а что о последних событиях думают телохранители? У них-то какое-то мнение о произошедшем имеется. Не роботы ведь! Семейные, судя по возрасту люди. Но разговаривать с ними по душам вот так на скорую руку, пожалуй, не стоит. Они выполняют свою работу и больше он ничего от них не ожидает. Пусть пока всё так и остаётся. А ему следует попытаться понять, что же всё-таки произошло. Просто осмыслить известные факты.
Ну-ка, расставим их в очередь по степени странности! Да тут и сомневаться не в чем. Строить огромный комбинат заранее обречённый на простой в связи с отсутствием сырья – что может быть более странным? А кому это выгодно? Тоже всё ясно – через подконтрольные Представителю Президента организации потекли большие деньги. Вот так государтвенный чиновник высокого ранга и оказался в наилучшем положении. Интересно, как это можно было организовать? Как убедить руководство государством в наличии богатых залежей редкоземельных металлов там, где их отродясь не было?
Нет данных. Придётся пофантазировать. Скажем, приходит человек и приносит поддельную карту с пометками, указывающими на наличие богатейших залежей чего-то ужасно полезного. Если он попадает в коридоры власти, то там есть два варианта развития событий. Во-первых – если ему не поверили и проверили информацию – тогда всё штатно. Дали от ворот поворот. А если поверили? Нет, так просто не поверят. Но, если поверили, то, скорее всего, начнут проектные работы и доразведку. И вот в её-то процессе получат данные о том, что работы нужно сворачивать. Опять до великой стройки дела не доходят.
То есть, геологические данные должны выглядеть настолько убедительными, чтобы геологов задействовали только в процессе строительства. То есть тогда, когда денежный поток уже хлынул через подконтрольные каналы, и полным ходом началось "освоение средств" государственного бюджета. И как это можно сделать? Нет, непонятно.