Осторожно открыв дверь, Митя заглянул внутрь.
– Всё чисто, – сообщил он.
Внутри – три ряда квадратных столов, стойка, прилавок. Четыре квадратных колонны. Теперь понятно, где прятался Стражник. Встал за колонну, высунулся, выстрелил в Милли шипом, опять скрылся. А стреляют они очень метко.
– Если бы Милли отсюда ушла, мы бы её уже встретили по дороге, правильно? – шёпотом спросила Альбина. – Или хотя бы услышали. Здесь вон какое эхо.
– Значит, она ещё здесь. Или есть другой выход.
За стойкой обнаружилась кухня.
– Не могу удержаться… – Митя, схватив половник, зачерпнул из кастрюли манной каши. Попробовал.
– Ну как?
– Каша как каша.
– Ой, а мне дай… – Альбина спустила шарф. – Без масла – не то совсем…
– Тебе лишь бы масла. Поправиться не боишься?
Альбина презрительно фыркнула.
Следующая дверь вела на небольшой склад, заставленный картонными коробками. Кто-то проложил себе путь через эти коробки к противоположному краю помещения – бежал прямо по этим коробкам, распарывая их, сминая, опрокидывая.
Альбина подняла с пола, из кучки просыпанной крупы, заколку:
– Она тут бежала. Совсем ополоумела от страха, бедная девочка.
– Она одна столько беспорядка бы не наделала. Её преследовал Хозяин.
Митя осторожно выглянул наружу, через приоткрытую дверь. Прошипел:
– Он там!
– Хозяин?
– Ага. Сидит на доте, озирается.
Наконец-то он мог спокойно рассмотреть Хозяина. При дневном свете он не такой уж и страшный. Да, чуть крупнее обычного человека. Да, большие круглые зенки и зубастая пасть, из которой высовывается длинный мерзкий язык. Да, длинные когтищи. Да, тёмная кожа. Да, видно, что сильный, безжалостный и очень хитрый. Но когда Митя увидел его впервые – это была неизвестная, непонятная, неразличимая в темноте нелюдь, а теперь – это просто существо, со своими слабостями, которое можно убить.
– На каком ещё доте?
– Ты что, не слышала про эту школу? Я в новостях смотрел. Им область денег дала, и они во дворе устроили площадку для страйкбола. Чтобы дети в войну играли. У них же свой военно-патриотический кружок.
Альбина тоже выглянула. Увидев настоящие брустверы из мешков с песком, деревянные домики с узкими окошками и странные сооружения из покрышек, прошептала:
– Ничего себе! Там целый полигон!
– Готов поспорить, Хозяин нарочно её туда загнал, чтобы поиграть в «кошки-мышки».
– Сейчас мы ему устроим «кошки-мышки». Пока он там сидит, давай ему стрелу пропишем. Встань на четвереньки. Будешь моей треногой.
– Четвероногой тогда уж? Не промахнись только.
– В такую-то тушу?
Альбина уложила арбалет Мите на спину, прицелилась сквозь приоткрытую дверь, спустила тетиву.
Громкий вой твари сообщил, что Альбина опять не промазала.
– Упрыгал куда-то, – сказала девчонка. – Надо найти Милли, пока он не вернулся.
Они выбежали на полигон и принялись носиться туда-сюда, выкрикивая имя девочки, заглядывая в каждый дот и в каждый окоп.
– Ну где она?!
– Может, её уже и нету здесь. Милли! – завизжала Альбина так, что у Мити уши заложило.
Что-то тёмное промелькнуло в воздухе.
Хозяин вернулся! Митя и Альбина бросились прочь по лабиринту оборонительных сооружений.
Ещё один преградил им путь.
– Их двое! – они метнулись к ближайшему доту. Залезать внутрь было плохой идеей: ни двери, ни ставен у этого дощатого домика не было, зато можно было забиться, как мышь, в пространство между полом и землёй. Именно это Митя с Альбиной и сделали.
– Ха, они сюда не пролезут!
– Ну не пролезут, и дальше что? Митька, мы в ловушке!
– Можем вернуться…
– А Милли?
– Потом опять придём за ней…
– Уверен, что успеем? Уверен, что вообще сможем? Силёнок хватит туда-сюда прыгать? Это тебе не дверь открыть-закрыть…
Тяжело дышащая тварь просунула в их убежище лапищу. Митя тут же полоснул по ней кухонным ножом.
Короткий вопль Хозяина, потом тишина.
Митя торжествующе посмотрел на Альбину. Та скептически покачала головой:
– Молчат, значит, что-то задумали.
– Ну, да… – Митя вспомнил, как сидел под кроватью с ножницами в дрожащей руке, и мучительно ждал, пока тварь сделает следующий шаг. – Им главное – паузу выдержать, чтобы у нас совсем крыша съехала.
– Ожидание смерти хуже самой смерти, – произнесла Альбина. – Откуда это?
– Не помню.
– Вот и я тоже.
– Может, ещё в города поиграем?!
Милли выглянула из укрытия.
«Ты сейчас увидишь чудовище…» Рей не соврал. Чудовищ было двое. Они пытались кого-то достать из-под дота. Главное – про неё забыли.
Милли не верила ни в каких чудовищ, но верила своим глазам. Вот они – две человекоподобных твари. А все люди куда-то исчезли. Может, она попала в будущее, где все вымерли? Но мир вокруг не сильно изменился. Школа как стояла, так и стоит. Все окна целые. Дверь пристройки, где занимается военно-патриотический кружок, приоткрыта.
Милли бросилась туда.
Вбежала, закрыла железную дверь на засов. Крикнула:
– Сергей Георгиевич!
Никто не ответил. Военрук тоже исчез.
А это значит, что никто ей не помешает сделать то, что она хочет сделать.
Милли бросилась в кабинет военрука. Дёрнула дверь – открыто. Значит, военрук был здесь и исчез прямо из кабинета, иначе было бы заперто.
