Эфир он вел на одном дыхании, уже предвкушая встречу с Яной. У него уже было миллион свиданий в гостиницах, на дачах, в машинах, на съемных квартирах, так что сама по себе новая победа не вызывала у него спортивного интереса. Но Яна Цветкова явно зацепила его, и Никита чувствовал приятное внутреннее напряжение.
«Жених у нее князь… Я ведь нашел в Интернете все про Карла Штольберга. Интересный тип, даже очень, один из завидных женихов старой, доброй Европы. Он тоже выбрал Яну. Ха, у меня неплохой вкус! Чем, интересно, она его-то взяла? Хотя что удивляться — Яна так неординарна. Может, она и в сексе покажет чего нового?» — вот о чем думал Никита, когда гнал по Москве с блаженной улыбкой на лице.
Сама судьба была на его стороне — он удачно избежал привычных для Москвы пробок, а то сошел бы с ума от задержки, и вскоре припарковался на стоянке возле гостиницы. Глянув на высокое серое здание и скромные три звезды на фасаде, Никита не переставал улыбаться.
«Хороший выбор, Яночка! — продолжил он внутренний монолог. — Скромная, но чистенькая гостиница не в самом центре Москвы. Огласка нам не нужна. И мне, как лицу узнаваемому, и ей, как невесте чешского князя. Молодец, Яна. Видимо, бывалый казачок! Да и не важно, какая обстановка в номере, главное — заключить наконец эту суперпривлекательную женщину в свои объятия».
К чести Никиты можно сказать, что он не бахвалился и не вспоминал о том, что спас Яну от верной гибели. Он никогда бы не стал напоминать Яне об этом, требуя чего-то взамен. Сейчас Никита понимал, что нельзя появиться на долгожданном свидании с дамой с пустыми руками, поэтому обрадовался, заметив в холле гостиницы магазин с сувенирами и цветами. Продавщица вытянулась в струнку, завидев явно богатого клиента, да еще с таким знакомым лицом. Она уже неоднократно видела в этом скромном отеле скрывающихся от посторонних глаз известных людей, приезжавших сюда на тайные свидания. Все они не желали ударить в грязь лицом и покупали у нее дорогие букеты для своей пассии.
— Вам нужны цветы? — спросила она, предугадывая желание клиента и чуть кокетливо теребя ворот блузки.
— Да.
— Для женщины?
— Естественно. Не мужчине же.
— Кто знает? Сейчас такие времена, — туманно ответила продавщица. — Мне вообще-то все равно. Но лучше будет, если вы опишете мне человека, которому хотите подарить букет, тогда я помогу составить композицию, — располагающе улыбнулась девушка.
— Знаете, розы, гвоздики, лилии, орхидеи… все не то, как-то очень банально… Мне требуется нечто оригинальное, необычное. Вот! Почему-то мне кажется, что моей знакомой должно понравиться вот это! — Никита указал на очень симпатичный, большой и круглый сочно-зеленый кактус с острыми длинными желтыми иголками.
Продавщица удивленно округлила глаза.
— Кактус? Вы хотите подарить кактус? А ваша дама не обидится?
— Она поймет, — ответил Никита.
Кактус и в самом деле весьма стильно смотрелся среди всех цветочных композиций магазинчика. Он сидел в кашпо в виде металлического ведерка, а землю сверху прикрывали цветные камешки и разноцветные кругленькие стекляшки, выглядевшие очень привлекательно, — словно она была усеяна драгоценными камнями.
— Он стоит тысячу восемьсот, потому что большой и над ним поработал дизайнер, — робко предупредила продавщица.
— Вот две тысячи. Сдачи не надо, — ответил Никита.
— Вам его завернуть? — с опаской покосилась на кактус девушка.
— Спасибо, не надо. Я так возьму. Нести недалеко, сейчас же и вручу его будущей хозяйке.
Никита взял за ручку ведерко, оказавшееся достаточно ощутимым по весу, и направился по ковровой дорожке к девушкам-администраторам.
— Был забронирован сто первый номер, — улыбнулся Никита.
— Заплачено и забронировано на имя Никиты Глебовича Серебрянникова, — подтвердили ему. — Ой! Это вы?
— Я, — вздохнул Никита, поняв, что придется расстаться с мечтой сохранить инкогнито.
— Автограф дадите?
— Конечно. — Никита расписался на протянутом листке, несколько разочарованный, взял ключи и пошел дальше по коридору.
«Значит, Яны еще нет… — пришел он к выводу. — Опаздывает, как истинная искусительница. Она доведет меня до инфаркта! Я и так уже весь в нетерпении… О, моя Жанна д’Арк!»
Никита открыл дверь и вошел в номер, который оправдал его ожидания. На полу ламинат, комната небольшая, со скромной кроватью, но под чистым покрывалом, светлое окно со старомодным тюлем, страшный шкаф с зеркальной дверцей (вместо зеркала в комнате), два обычных стула, полированный столик с одинокой стеклянной пепельницей на нем и одно изрядно потрепанное кресло.
«Да… — вздохнул Никита. — Не в такой бы убогой обстановке встречаться с этой женщиной! Эх, если бы я был уверен, что она согласится на свидание, снял бы самый лучший номер-«люкс», и мы бы славно поплескались в джакузи… Но ничего, вот придет Яна и скрасит своим появлением всю серость здешней обстановки. И потом, у нас с ней еще все впереди!» — решил Никита и прошел в комнату, держа горшок с кактусом в руках.