«Северное лето скоротечно. Йере, увлечённый своей спасительницей, и не заметил, как осень подкралась к порогу их лесного жилища. Лесной покой хорош для раненого изможденного странника, но тяготит здорового воина, чьи кулаки чешутся в ожидании хорошей драки. Йере затосковал по людям. Но в тоже время мысль об уходе от Кайи навевала еще большую тоску и казалась крамольной. Он без припасов, без денег, да и идти некуда. А тут ужин, крыша над головой и красавица хозяйка, которая вполне могла согреть и постель, и душу. – Ясиня задумчиво вздохнула. – Йере решил остаться до весны».
Дети слушали её, затаив дыхание.
«Жизнь в лесном убежище текла размеренно: Юха охотился, Йере заготавливал дрова на зиму или рыбачил, Кайя делала припасы. Днём все были при деле, а по вечерам собирались вместе ужинать, но теперь не у костра, а у очага в избушке. Ночи становились холоднее. Зима уже шла по их следам, дышала им в спины. – Старушка сделала паузу, чтобы перевести дыхание. – Светлик, миленький, принеси водицы. Так… О чём это ж я, значится? Ах да! Красивое, но короткое северное межсезонье. – Ясиня приняла чарку из рук светловолосого мальчишки и сделала пару глотков. – Ох! Спасибо, Светлик, уважил… Мир и покой был в затерянном лесном доме…»
***
Кайя лежала около очага, светлая её голова покоилась на коленях Йере, а Юха примостился у её ног. Йере, непривычно тихий и задумчивый, смотрел на огонь в очаге и медленно перебирал, гладил волосы девушки.
– Ты когда-нибудь думала покинуть лес? Жить с людьми, замуж пойти, с дитём тетёшкаться…
Кайя приоткрыла глаза.
– Думала.
Юха настороженно повёл ушами.
– Тогда почему… – Мужчина сделал жест рукой, указывающий на окружающее их пространство.
– Здесь моё место, Йере. Здесь я нужнее.
В её голосе слышалось не сожаление, но грусть.
***
С приходом холодов Йере всё чаще оставался в одиночестве. Кайя подолгу пропадала в лесу вместе с волком. Она уходила рано утром, возвращалась ближе к ночи и первым делом шла в землянку. Мужчина видел, как девушка оставляла там свою таинственную ношу и только после этого приходила в избушку. Йере терялся в догадках. Червячок любопытства подтачивал его душу, звал заглянуть за треклятую дверь, узнать секреты лесной девы. Но, следуя негласному договору не лезть в чужие тайны, Йере держался подальше от землянки.
Он становился всё более хмур и задумчив. Но Кайя, казалось, ничего не замечала. Она всё также доверчиво спала на руках Йере. Счастливая маленькая птичка не видела притаившегося в траве лесного кота.
Однажды, когда зима уже стояла на пороге, и далеко на севере уже начал проявлять себя Великий Змей, а Кайя в очередной раз бродила со своим волком по лесам, Йере проиграл битву своему любопытству. Он открыл эту треклятую дверь.
В землянке без окон только полоса света, проникающая через дверной проём, выхватывала из темноты небольшую часть помещения. Кости. Всюду были кости: большие и совсем крохотные, принадлежавшие, по всей видимости, животным и птицам. Кто знает, может, нашлись бы и человеческие. Йере побледнел, отшатнулся и захлопнул дверь. «Бежать!» – кричал голос в его голове. И мужчина побежал.
***
– Вот же трус!
– Насовсем сбежал?!
– Чего он костей испугался? Это же просто кости!
– Оставил Кайю?!
Дети всполошились и загомонили, со всех сторон понеслись возмущенные возгласы. Мальчишки хорохорились и ерничали, девчонки ужасались такой подлости. Ясиня выжидающе молчала. Наконец, она подняла руку, давая знак замолчать.
– Йере не был трусом, хоть и поддался первому зову своей природы. И когда этот порыв утих, он вернулся и посмеялся над собой.
Ребятня немного успокоилась.
***
Йере сидел на берегу озера и задумчиво смотрел на воду. Мысли его беспорядочно метались. Мужчине сделалось смешно, что он так перепугался каких-то костей. Желание проникнуть в тайны лесной девы лишь возросло после этой странной находки.
Кайя вернулась под вечер, неподозревающая, что покой, собранных ею, костей был нарушен.
Жизнь пошла своим чередом. Йере ничего не спрашивал, он выжидал и молча наблюдал. Несмотря на темноту, Кайя пропадала в лесу всё дольше и дольше. Мужчина маялся неизвестностью и бездельем, становился всё более раздражителен и неласков, но девушка не замечала этого.
В тот день выпал первый снег и в лесу, казалось, стало светлее. После ужина Кайя поднялась, взяла несколько маленьких горшочков с дальней полки и небольшой потемневший бурдюк. Йере внимательно наблюдал за ней, сидя на лежаке. Девушка опустилась перед ним, обхватила его лицо ладонями, зашептала отчаянно и нежно:
– Послушай меня, Йере. Что бы ты ни услышал, не выходи за порог до утра.
Мужчина хмуро кивнул. Кайя поднялась и вышла вместе с Юхой.
