- И поэтому больше ни каких гулянок. ДАЖЕ ДУМАТЬ О НИХ ЗАБУДЬ! – мы вчера с отцом до полночи мать валерьянкой отпаивали. Теперь беснуется.
- Не волнуйся милая – крикнул отец в сторону кухни – я за этим прослежу. Значит, так Вадик отвезешь моих в поселок и глаз не спускать. Я к обеду подтянусь.
- Сделаем в лучшем виде шеф.
Назначив встречу с Клюем стал раздумывать над ситуацией. Если все, правда, то кто виновен в том, что я потерял семью? Выходит мать убили. Отец в коме пролежал, не оставив концов.
«Бразильский мать его сериал!»
Решил действовать по порядку. Подъехав к офису компании «Гром» долго не выходил из машины пока Стрелок не погнал.
- Хватит, пока тут торчишь, время упускаешь. Иди.
Войдя в офис направился прямиком к кабинету Клюя.
- Эй, мужчина. Вы куда – секретарша пыталась меня остановить. Но я был слишком взволнован. Без стука влетел в кабинет и встретился с хмурым и в то же время мудрым взглядом Иннокентия.
Он с минуту смотрел на меня. Со злобой ели заметным волнением, ясно за дочь боится. Наверняка в курсе случившегося в клубе.
- Ирина все е хорошо. Оставь нас.
- Иннокентий Георгиевич ребят позвать?
- Нет Ирин все хорошо. Нас не беспокоить.
- Хорошо.
Когда секретарь, наконец вышла, я не смог сдержатся.
- Вы приезжали на днях в детский дом № 11 в Петербурге – начал я садясь в кресло напротив – расспрашивали про ребенка найденного в искореженной машине под Питером.
- Тебе какое до этого дела?
- Этот ребенок …. Я.
Иннокентий долго сверлил меня задумчивым взглядом. Когда я уже начал терять терпения он заговорил.
- Ты очень на мать похож, те же глаза только дикие.
- Говори. Я все проверил. Я тот самый ребенок ошибки нет, рассказывай, почему я рос в детдоме. Крестный ведь так?
Клюй, зарывшись лицам в ладони, нервно рассмеялся и начел рассказ.
- Да. Я твой крестный. Твой отец Симонов Яков Сергеевич, а мать Симонова Аглая Давидовна. Твое же настоящее имя Симонов Ярослав Яковлевич. Мы с твоим отцом дружим с детства. Росли в одном дворе. Одна школа, служба в армии, институт. И в ФСБ вместе служить начали. Жили как обычные люди. Все началось в 1986 зимой. Яков тогда вел расследование против не честных на руку чиновников. Вышел на след группировки, с которой они сотрудничали, скажем, так влиятельные люди. Они оказались очень опасными. Яков собрал кучу доказательств, рискуя своей шкурой. Ему угрожали. Мне Яков нечего не сказал про угрозы. Я тогда только встретил Анну. Свадьбу готовил, решил меня не подставлять дурак. И вот вдруг вы пропали всей семьей. Спустя неделю мне позвонили и сообщили, что в богом забытой деревушке нашли тело Аглаи. А вот ты и твой отец, словно сквозь землю провалились. Аглаю я похоронил. Начел поиски по своим каналам. Глухо. Кто-то следы все замел. Спустя десять лет нашел тайник Якова. Там были все материалы того дела. Сразу доработал и дал им ход. Пытался дать огласку не вышло. Хоть и много лет прошло, но скандал им был не нужен. Представляешь. Я нечего не смог предпринять. Сказали, мол, годы прошли, зачем ворошить. Конечно, отставки были и чистку провели. Но не кто, не за что не ответил. А я был так зол, что больше не мог в ФСБ служить. Подол в отставку и со временем открыл «Гром». Вас искать не переставал. Уже руки опустил, как вдруг звонок из клиники в Польше. Все это время Яков был там как неизвестный. Этим людям нужны были все данные, которые собрал твой отец. Когда яков отправился в Польшу для допроса еще одного человека. На дом где он вас спрятал, напали. Аглая сопротивлялась и схватила шальную пулю. Тебя же забрали. Яков как узнал об этом, чуть с ума не сошел. Говорит, хотел мне сообщить. Знал, что помогу, не успел. Они нашли Якова первые. Стали угрожать твоей жизнью. Но когда он понял, что тебя у них нет. Попытался вернуться в Россию для поисков. Его схватили раньше и серьезно ранили. Бросили, на каком-то складе думали, помер, а он выжил. Сейчас он в германии я устроил Якова в частную клинику для реабилитации. Как только он смог говорить все мне рассказал. Тут же приступил к поискам. Дальше сам знаешь. Черт даже представить не мог, что Ярославом окажешься ты.
Долго сидели молча. Каждый думал о своем. Все это время я не отрывал взгляда от фотографии Агнии на столе. Как же она мне нужна. Знаю ее два долбанных дня, а как подросток по ней сума схожу. Клюй, достал две папки и протяну мне.
- Это все что я смог собрать за эти годы – он протянул синюю папку – а здесь все о твоей семье – желтая папка, моя настоявшая жизнь.
- Где могила матери?
- На Новодевьеченском. Я покажу, как скажешь что готов. Говорить Якову пока нечего не буду, он еще не окреп и лишни тревоги не к чему. Десятого полечу к нему в клинику…..
- Вместе полетим. Но раньше. Я не хочу ждать.
Еще несколько часов провели в разговорах. После побывали на могиле матери. Клюевы хорошо ухаживают за ней. Я буду благодарен Иннокентию вечно. Слишком многим я обязан этому человеку.
Уже прощаясь, я задал вопрос, который волновал меня все это время.
- В папке есть имена тех, кто виновен в бедах моей семьи?
