Рассел прочёл молитву, единственную которую ещё помнил. Перейдя на шёпот, он сложил руки на лице и просидел так ещё немного, пока усталость не взяла верх. В эту ночь он, наконец, увидел хорошие сны, которые не посещали его вот уже несколько лет. Спокойствие и умиротворение ощутил он, а проснувшись, почувствовал исцеляющий прилив надежды, вскоре, впрочем, сменившийся беспокойством за судьбу подруги. И это беспокойство имело все основания терзать Рассела.
Трицикл мчал её прочь от неумолимо настигающего рассвета. В сумерках она уже могла смутно различать окружающую местность. Радар на приборной панели показывал массивный объект, сильно искажающий магнитное поле. Свернув немного правее, Джелина различила силуэт затонувшего корабля. Да и не просто корабля. Таких огромных она никогда не видела. Словно айсберг носовая часть его выныривала из широкой расщелины, занесённой пылью и прочими каменными обломками. Джелина уже встречала подобные рифтовые зоны на своём пути, спасавшие её от Солнца. К сожалению, наклон трещины оказался недостаточным, чтобы в ней можно было укрыться.
- Ох, как бы было хорошо на этот раз спрятаться внутри корабля, – подумала вслух Джелина, но тут же чертыхнулась, отругала себя за израсходованное драгоценное время и ускорила магнитоцикл.
До рассвета оставалось менее тридцати минут. К счастью для Древней, рассвет длился чуть дольше, нежели она помнила это из прошлой жизни. Джелина отчаянно искала рыхлый грунт, чтобы закопаться на метровую глубину и избежать дневной дозы радиации. Но в этом месте океаническая плита оказалась совершенно ровной, что было совсем не характерно для рифтовой зоны, и обнажала лишь базальтовый фундамент вплоть до светлеющего на востоке горизонта.
- Не может этого быть. Где-то тут должна находиться зона трещин, - успокаивала себя Джелина.
Проехав ещё несколько миль она, наконец, увидела то, что искала. Бросив трицикл и выхватив короткую лопатку, она подбежала к заполненной песком и пылью серой полосе, тянувшейся с севера на юг, и энергично принялась капать глубокую яму. До восхода оставалось двадцать минут.
Чувствуя повышение температуры воздуха, Джелина заработала лопаткой ещё энергичнее. Она скинула с себя робу, когда углубилась примерно по пояс. Её облегающая майка пропиталась потом, выступившем на порозовевшей коже. А белые солевые разводы на синей ткани говорили о том, что ей приходилось уже не раз так энергично работать.
Копая, Древняя одновременно закидывала песком байк, стоявший над краем ямы. Когда земля оказалась на уровне локтя, она вылезла и подошла к трициклу. Нажав кнопку на верхней панели, Джелина раскрыла на нём батарейные ячейки, чтобы за продолжительный день зарядить их солнечной энергией. Так можно было сэкономить полгаллона воды. Достав из бокового бардачка баллон с дыхательной маской, она нырнула обратно в яму.
Первые лучи показались из-за горизонта и слегка обожгли кожу на лице. Пригнувшись, Джелина стала копать боковой проход, заваливая вертикальный. Песок в этом месте оказался немного сцементированным, что предотвратило его обрушение. Но Джелина всё же воспользовалась остатками «волшебного» геля в баллончике для упрочнения стенок. Прокопав достаточно, девушка вылезла из ямы и развернулась в вертикальной её части. Ногами вперёд она снова нырнула обратно. Завалив просвет Джелина надела маску и, наконец, отдышавшись, моментально уснула. К закату разразилась продолжительная грозовая песчаная буря, завалившая выход.
Джелина ворочалась во сне от большой концентрации угарного газа и постоянно просыпалась, чтобы поправить дыхательную маску. В этой полудрёме она видела полусны, связанные с её пребыванием в подземельях Сиэтла, частично правдивые, частично нет. Так она вновь пережила момент, когда впервые познакомилась с Джоном.
