- Байокнур строился как город-шахта, углубляясь в недра горы строго по вертикали уровень за уровнем, - говорил глава Байконура. - Здесь нет ни карстовых полостей, ни гротов. Весь комплекс инженеры древности выдолбили в почти монолитной скале. Всего тут десять огромных залов, связанных только служебными шахтами, вентиляционной системой и элеваторами.
- У вас есть координаты шлюзовых ворот? – поинтересовалась Джелина.
- Кон-е-е-е-чно, - долго тянул инженер, чтобы потом ускорить речь. - Впрочем, я так и не понял, зачем вам нужно попасть на подлунный комплекс. Ведь это билет в один конец. Кто знает, есть ли там исправные «Ястребы». К тому же, вы должны уметь управлять одним из них и знать ориентиры близлежащих систем. В открытом космосе теперь легко заблудиться. Это раньше ведь постоянно функционировали буи-передатчики, сообщавшие координаты кораблям в радиусе действия. Сейчас же на протяжении вот уже тысячи лет никто не проверял их. Чудо, если хотя бы половина из них ещё функционирует.
- А с чего бы им не работать? – вмешался Борис.
- Да с того, что пираты, наверное, растащили их уже давно по запчастям. Этот мир по непонятно причине рухнул, а вместе с ним рухнуло всё, что он создал за своими пределами.
Ворчание старика заглушил скрипящий шум трапа, растелившегося через узкую щель между платформой подъёмника и полом нижнего яруса. Эхо шагов по гладкому полу разносилось далеко в пустоту. Перед гостями предстал просторный, погружённый в темноту зал с массивными колоннами, державшими его монолитный свод. Тусклые аварийные лампы едва освещали путь. Следуя за стариком, Джелина услышала, как работают лопасти огромных вентиляторов, поднимавшие воздух с нижних этажей, где в единственной лаборатории комплекса его фильтровали и обогащали кислородом.
На другом конце зала Павел Фёдорович привёл гостей в тоннель-тупик, врезавшийся строго горизонтально в горную массу. Несколько плоских светильников над входами загорелись тусклым зелёным. Открыв одну из дверей, Джелина увидела маленькую комнату с минимальным освещением и элементарными удобствами внутри.
- Ну, вот и всё. Здесь вы можете разместить экипаж. Ужин в семь на третьем ярусе. Сейчас же прошу меня извинить, нужно спуститься в лаборатории, обсудить детали. Не забудьте кого-нибудь прислать, чтобы проверить совместимость наших реакторов.
- Да конечно, когда «Гремучий» будет в комплексе, я отправлю своих инженеров к вам. Они решат любые проблемы, какие-бы не возникли
- Хорошо, надеюсь увидеть вас за ужином.
Павел Фёдорович неспешно покинул тоннель-тупик, когда повернул налево вдоль грубо обтёсанной стенки зала. Он спустился ещё ниже на элеваторе, что соединял этот ярус только с лабораториями. Джелина и Борис проводили старика тревожными взглядами, а когда тот исчез из поля зрения быстро прошли к уже знакомому подъёмнику, чтобы вернуться на «Гремучий». Поднимались заметно быстрее, и капитан сказал, прервав долгое молчание:
- Бедные люди. Ещё бы чуть-чуть и…
- Павел Фёдорович очень странный. Он напоминает мне бабушку. Она выжила из ума к восьмидесяти годам.
- Ещё бы. Они почти всего лишились. Постой, ты сейчас серьёзно про бабушку заговорила?
- Действительно, - улыбалась Джелина. – Я вспомнила свою бабушку.
Через час танк уже был в самом просторном ангаре, какой только мог себе позволить Байконур, заняв треть его пространства и половину ширины. Команда охотно покинула «Гремучий», так как их долгое и опасное путешествие наконец-таки завершилось, и, к счастью, без происшествий. Следуя инструкции, Игорь всё же остался на борту, хотя капитан настаивал на обратном.
Когда неактивные урановые ядра сняли с Гремучего, робот Мэй сделал всю тяжёлую и опасную работу. Он поймал ядро, выпавшее из танка через аварийный люк сброса, перенёс и установил его в реактор комплекса. Жители Байконура были настолько преисполнены надежды, что когда мрачные стены подземелий вновь стали хорошо освещены, они ликовали, обнимали гостей, целовали их, хлопали им в ладоши.
Команда «Гремучего» привязалась к Джелине настолько, что отпускать её никто не хотел. Когда началась расчистка шахты лифта, Володя, до этого избегавший даже зрительного контакта с подругой, пришёл в её гостевую комнату и откровенно заявил:
- Глупая, ты же угробишь себя!
- Что?! - Джелина вопрошающе посмотрела. Она не ожидала подобного от Володи, не потому что он не мог так сказать, а потому что считала, что он боялся силы внутри неё.
- Я не дам тебе улететь, - продолжал Володя, словно не заметив её удивления. – И буду трусом, если отступлю.
- Это не тебе решать! – повысив голос, ответила Джелина.
- Да пойми же ты. Неизвестно, цел ли хоть какой-нибудь истребитель. Да и шансов мало. Луна – опасное место. Боевая техника наверняка всё ещё обороняет её. Она посчитает тебя врагом и при первом же контакте уничтожит.
- Шансы малы, но я должна. Это мой путь, не твой! Я должна пройти его, - смягчив тон, отвечала Джелина. – Чтобы разобраться, найти ответы.
- А что если нет никаких ответов?
