- Часы странные. Сколько времени они показывают? – спрашивала Джелина у сестры, лёжа на больничной кровати, а над выходом напротив моргали зелёные цифры, только вот показывали они пять часов и шестьдесят две минуты.
- Ах, да. Вы же не знаете. Теперь мы живём по другому календарю и десятеричной системе счисления времени.
- А чем старая система не устраивала?
- Мир изменился. Сутки теперь дольше и постоянно увеличиваются. Десять часов по сто минут и один неполный час в пятьдесят одну минуту с небольшим. Сейчас это ровно триста дней в году, - сестра подошла к кровати, переподключила датчики и высказала неутешительное для пациентки предположение. – Сдаётся мне, что доктор захочет вас ещё осмотреть. Уж очень разнятся ваши показания.
Дотошные медики хотели обследовать Джелину ещё, но Рассел, которого к тому времени приставили к ней, настоял на выписке. Между собой врачи стали называть Джелину Древней, поскольку анализ крови подтвердил, что она действительно из века, в котором ещё можно было свободно дышать открытым воздухом.
Конструкции и размеры «города под горой» восхищали. Зайдя в восточные ворота на равнинах, можно протии Кордильеры насквозь, и выйти уже на западное побережье Тихого океана. Вот только побережья уже никакого не увидишь. Океанов теперь нет, нет озёр и рек. Водная стихия умерла, как умерла земля, и почти иссяк воздух. Подобный катаклизм во времена Джелины, попросту стёр бы людей с лица земли. Да и сейчас они на грани. Многие ресурсы иссякли или уже подходят к концу, кроме геотермальной энергии и минералов, которые ещё можно добыть в окрестностях города или на глубине. Радиация Солнца, повышенная из-за ослабленного электромагнитного поля, не даёт работать днём и осваивать отдалённые месторождения. Связь с другими городами на планете отсутствует, а забытые колонии в Солнечной системе на спутниках газовых гигантов настолько заняты собственным выживанием, что уже даже никто не знает, существуют ли они до сих пор.
Когда Древнюю выписали, Рассел показал ей город. Они побывали практически во всех значимых местах. Джелина увидела торговую площадь, хотя площадью назвать то место было сложно, а вот слово яма ей подходило куда лучше. Расположенные в несколько ярусов магазины и лавки заполняли всю карстовую полость, когда-то богатую карбонатами, которые вымыла подземная река, прорубая путь в горной массе. На монорельсе, Рассел прокатил Джелину от северной границы города на верхних ярусах, где располагались научные лаборатории, к его южным окраинным пещерам, где ещё велись работы по добыче минерального сырья. Встав у ограждения, она увидела огромные машины торпедообразной формы, дико шумящие и самостоятельно зарывающиеся в горную массу, пробуривающие новые тоннели. Люди работали тут в специальных костюмах и дыхательных масках из-за риска потерять искусственный воздушный карман с нормальным давлением. Трещины в земной коре встречались довольно часто, и уже не раз было так, что воздух уходил по ним на поверхность.
- Эти гиганты, - Рассел показывал в сторону забоя, не скрывая восхищения. – Их называют Кротами. Самому старому из них лет триста. Старше меня! Представляешь?!
- Правда?! – удивилась Джелина.
- Да! И знаешь это ведь самая тяжёлая работа, самая опасная и самая необходимая. Видишь тех горняков? – Рассел показал на покрытого чёрной пылью бригадира в защитном халате. – Они ведь не могут работать в кинетической броне. Эта пыль настолько мелкой бывает, что лучшая защита это обычная тряпка ею же пропитанная. Да и живут они недолго, их тела изнашиваются раза в три быстрее обычного.
- Ты так говоришь, как будто они машины.
- А как в ваше время говорили об этом?
- Говорили, что человек стар не по годам. Или что он быстро состарился.
В конце третьего месяца Джелина сделала новую запись:
