Во сне он куда-то торопливо шёл по своему офису. Марина не стала разбираться с его подсознанием и просто направила сон в нужное ей русло. Виктор Алексеевич, остановился, как вкопанный, посреди коридора, что-то тревожило его. Потом взял телефон и позвонил:
– Подготовь машину, я собираюсь в Луку.
Через пару часов он подъезжал к роскошному отелю с невероятным дизайном. Основание отеля находилось на дне карьера, где раньше добывали известняк, вокруг него раскинулся парк, торговые лавочки и парковка, к которой спускалась спиральная дорога вдоль стен. Всё было выполнено так будто карьер вырыли специально для отеля. Большая часть комплекса же находилась выше уровня карьера и к ней вели два висячих моста, выполненных в природном стиле.
Виктор Алексеевич прошёл по мосту и поднялся по ступенькам в холл отеля. Он направился к отдельному лифту, который вёл в его личный пентхаус. Открыл дверь, зашёл в номер, уселся в кресле на открытой террасе и тревога, наконец, ушла.
Прямо перед его взором во всей красоте предстала Волга, в ясный день она сверкала от лучей солнца. Справа и слева от отеля зеленели Жигулёвские горы. Он повернул голову, чтобы посмотреть на сочную зелень, но вместо леса его внимание к себе приковал человек, сидящий вместе с ним на террасе. Молодая, красивая, немного смуглая девушка с длинными чёрными волосами смотрела в даль поверх волжских берегов. Директор дёрнулся от неожиданности, откуда в его пентхаусе, в его отеле посторонний человек.
– Кто ты и что делаешь в моём номере? – вопрос он задал спокойно, уверенно и специально сделал акцент на слове «моём».
Она повернулась к мужчине, и он увидел её глаза. Пугающие, магические с зелёными искорками. У него появилось сильное желание отвернуться, но он поборол его и продолжил зрительный контакт, ожидая ответа.
– Тут нет ничего твоего, – почти безразлично ответила девушка.
– Ну как же нет? Земля в моей собственности? В моей. Отель принадлежит моей компании? Моей. Значит здесь всё моё.
– Земля никогда не принадлежала тебе и принадлежать не будет. Это земли Самарской луки и принадлежат они хозяйке Жигулёвских гор.
– Пфф, – он не сдержал вырвавшийся смешок, – земли хозяйки? Вы вроде взрослая девушка, а в сказки верите, – Виктор Алексеевич не скрывал своей насмешки.
Он не заметил, как во время беседы темнело небо. Ясный день уже превратился в сумерки, а по небу плыли грозовые тучи. Сверкнула молния.
– Ой, – вздрогнул мужчина, – что за чертовщина? Минуту назад было ясно.
Он повернул голову, девушка подошла ближе к нему и стояла всего в полуметре. Сверкнула молния, директор на секунду ослеп от яркого света.
– Я уничтожу тебя, – прозвучало у него над самым ухом.
Слепота прошла, он моргнул, девушки нигде не было. Он вспомнил пресс-релиз в марте, перебои со светом, этот голос и почувствовал, как на затылке зашевелились волосы. Впервые в жизни он почувствовал страх. Но гордость не позволяла ему сдаться.
– Ничего ты мне не сделаешь, кем бы ты не была! Ты даже не представляешь кто за мной стоит, мы все эти горишки сравняем с землей! – проорал он куда-то в пустоту.
В ответ на его крики молния ударила в кресло, в котором он сидел ещё минуту назад. Он медленно обернулся и посмотрел на кресло. Теперь ему стало сложнее совладать с собой, его голос дрогнул:
– Х-хоть погода и играет тебе на руку, но меня этим не проймешь!
Он повернулся обратно в сторону Волги и осел на пол. Уже у самого берега в сторону его отеля двигалась волна, не просто волна, настоящее цунами. Его терраса располагалась на высоте более восьмидесяти метров, но он чувствовал себя муравьем на пути стихии. Его мозг отказывался принимать происходящее, но вот, волна накрыла его. Мощный удар внёс его в номер, он ничего не видел и чудом не потерял сознание, потоки мотали его по всему пентхаусу, везде была вода, он начал захлебываться. Послышался оглушительный треск, упал потолок, директор потерял сознание, отель рухнул в карьер.
Через секунду он открыл глаза. Весь в поту, простыня мокрая, он даже на секунду подумал, что все ещё в воде, но оглянулся – вагончик, двуспальная кровать.
– Вшурх, – он обернулся на звук, в окно вылетела крупная птица.
Он сел на край кровати и тяжело дышал. Сон был настолько яркий, что у него, казалось, болели легкие после того, как он захлебнулся водой. Он стёр пот со лба, надавил большим и указательным пальцами на глаза, встал и выглянул в окно. Тихая, ещё прохладная, майская ночь, на небе бесчисленное множество звёзд и видны яркие очертания Млечного пути.
– Не может быть, просто не может быть, чтобы она существовала. Это просто сон.
Пожар
