Он не договорил. Вокруг лагеря уже кишмя кишели тараканы. Они методично атаковали укрепления, их тела горели в огненном рву, но новые и новые волны без страха шли по трупам своих собратьев.
Мы с Сергеем, подзарядившись от макров, устроили настоящее побоище.
— Смотри-ка, — крикнул Качалов, поджигая очередную группу тварей, — я чувствую переход на второй уровень!
— Я тоже, — ответил, заставляя землю разверзаться под нападавшими, — но ещё немного не хватает.
Амат лишь злобно бурчал:
— Вот если бы здесь была вода… Я бы показал вам настоящую мощь!
Лиза, уже пришедшая в себя, присоединилась к обороне. Её ураганы поднимали тараканов в воздух и разрывали их на части. Но вдруг…
— Что с ней⁈ — вскрикнула Надя.
Волосы Лизы встали дыбом, глаза загорелись ярко-голубым светом. Она буквально парила в воздухе, окружённая вихрем энергии, а затем… рухнула на землю без сознания.
— Она перешла на новый уровень! — воскликнул Сергей. — Но организм не выдержал перегрузки.
К полудню ситуация ухудшилась.
Новые монстры, размером с лошадь, с бронированными спинами и множеством ядовитых шипов, методично прорывали оборону. Горящий ров потух.
— Если так пойдёт дальше, — прошептал Роман, — мы не продержимся и часа.
Нужно было что-то придумать, но сначала подзарядиться энергией.
Используя магию земли, начал подтягивать к нам убитых тварей. Солдаты тут же принялись потрошить их, вырезая макр за макром, чтобы восполнить силы.
— Василий! Где твои люди нашли нефть?
Он показал направление, и я вонзил руки в песок, заставляя землю содрогаться. Где-то в глубине что-то заурчало, забурлило.
— Амат, помоги!
Жимин присоединился, его пальцы сжались в кулаки. Сначала ничего не происходило, но потом…
Чёрная вязкая жидкость пробилась сквозь песок.
Тонкий ручеёк потянулся к нам, медленно, но верно наполняя ров.
— Огонь! — скомандовал я.
Сергей швырнул в нефть фаербол, и пламя с рёвом взметнулось вверх, отрезав очередную волну монстров.
Дым поднимался густыми чёрными клубами, ядовитыми и удушающими. Он возвышался над лагерем как грозовая туча, застилая солнце. Внутри укреплений дышать было невозможно: воздух выжигал лёгкие, глаза слезились, горло сжималось.
Но у нас была Надя.
— Держитесь! — крикнула она, поднимая руки.
Ветер закрутился, создавая чистый купол внутри дыма. Мы могли дышать.
— Отдыхаем немного и выдвигаемся в сторону города, — скомандовал я, озираясь на Романа.
Тот кивнул, передавая мне командование.
— Но как? — спросил Митя, сжимая ружьё.
Я быстро объяснил план: две канавы, заполненные нефтью, а между ними наш путь. Пока нефти хватит, мы сможем двигаться, отрезая преследователей огнём.
— Если останемся здесь, нас точно возьмут измором, — мрачно добавил Василий.
Мы с Аматом принялись за работу, и примерно через полчаса всё было готово.
Дорожка получилась узкой, но проходимой.
Сначала подожгли одну канаву, отпугнув тварей, затем другую. Между ними был узкий коридор, по которому можно было идти.
Приготовились уходить.
А за стеной огня раздавался гул.
Что-то очень большое приближалось.
Что-то, что могло раздавить нас в мгновение ока.
— Уходим! — скомандовал я, чувствуя, как адреналин наполняет кровь. Мы рванули вперёд, оставляя за спиной горящие укрепления.
Едва наш отряд из тридцати шести измождённых бойцов отошёл на триста метров, как земля содрогнулась. Воздух наполнился хлюпающим рёвом, от которого похолодела спина. Затем — оглушительный грохот, и я понял: наши укрепления разрушены.
— Вовремя ушли, — усмехнулся я, поняв, что в горле стоит ком. Мы буквально вырвались из пасти смерти.
Наш отряд шёл по огненному коридору, зажатый с двух сторон пламенем.
Когда мы наконец выбрались из дымовой завесы, впереди стояли четыре роты солдат с ружьями наготове.
Они выстроились в безупречном боевом порядке как каменные изваяния: ни дрожи, ни страха в глазах.
А впереди, недовольно уперев руки в бока, стоял штабс-капитан Долгорукий.
За его спиной я увидел отца Нади. Взгляд Кирова буквально прожигал насквозь. В тот момент я понял: этот человек убил бы нас здесь и сейчас, если бы не свидетели.
— Сейчас закончим с монстрами, и поговорю с вами, — холодно произнёс капитан.
Раздались залпы. Солдаты стреляли синхронно, без суеты.
Затем Долгорукий взмахнул рукой — и целая толпа монстров взлетела в воздух, словно попав в невидимый смерч. На мгновение они замерли, а потом разлетелись на части, обрушившись дождём из кровавых ошмётков.
Другие командиры не отставали. Земля разверзалась под ногами тварей, пламя пожирало их живьём. Это было не сражение, это была бойня.
— Как вы нас нашли? — вырвалось у меня, когда Долгорукий закончил и подошёл к нам.
Константин Иванович вскипел. Его обычно спокойные глаза полыхали яростью. Он резко указал на человека в штатском, которого я даже не заметил вначале: невысокого, ничем не примечательного мужчину:
— Ваши игры могли всех погубить! — голос Долгорукого резанул как лезвие.
Киров молчал, но я видел, как его пальцы сжимают карманные часы, их золотой корпус трещал под давлением. Взгляд ректора метал молнии, и я понял: он сдерживается только потому, что вокруг слишком много свидетелей.
