— А волки вот такие! — не унимался полицейский.
— Летом волки — это почти призраки. Их не так просто увидеть, — улыбнулся я. — В дождливый сезон, говорят, они к человеческим постройкам не боятся подходить. Вот тогда и посмотрим.
— Зайцев стало мало, — с видом знатока, выдал вердикт капитан. — Фермеры используют удобрения и гербициды для борьбы с вредными насекомыми. Зайцы дохнут. Волкам становится нечем питаться.
— Активная химия? — вспыхнула Хельга. — На планете, стоящей на пороге экологического бедствия? Фермеры! Вот кто — вредные насекомые! Эту практику нужно немедленно прекращать!
— Люди просто зарабатывают себе на хлеб, — возразил я. — Если что-то запрещать, нужно предлагать альтернативу. Те же грызуны быстро адаптируются, и перестают реагировать на аппаратные методы отпугивания. Нужны исследования. Наверняка где-то, на других планетах, что-то похожее уже было. И возможно, они уже нашли решение проблемы. В любом случае, без государственной поддержки здесь ничего не решить. А запретами мы так до голода до запрещаемся. Сельскохозяйственная планета начнет продовольствие ввозить, а не вывозить!
— Я смотрю, вы отлично разбираетесь в вопросе, — ввернула женщина. — У вас есть какое-то профильное образование? Вы зоолог? Или биолог?
— Нет, — усмехнулся я. — Я военный в отставке. Десантный корабль летит к цели достаточно долго. Нужно было чем-то занять долгие одинокие вечера. Я вот о лесе читал. О растениях и животных. Ну и о насекомых, немного. Мне они не нравятся. Гадкие.
— Это точно, — засмеялась Корсак. — Особенно те, что кусаются. Кстати! В вашем лесу много кровососущих. И это нормально. Это хорошо. Они — корм для птиц. А вот возле вас ничего подобного нет. В чем секрет?
— Стандартный армейский отпугиватель, — снова возникло неодолимое желание пожать плечами. И снова доспех был против. — Входит в набор для действий на влажных планетах и в лесу. Не везде есть насекомые, но работает на все виды, где они встречаются.
— У вас есть запасной? — ненавязчиво напросилась на подарок Хельга. — Сил больше нет терпеть зуд от их укусов.
— Держите, — запасной у меня нашелся. Аккумулятор в приборе не особенно емкий. Проще таскать лишнее — совсем не большое — устройство, чем выдумывать: как его зарядить. Это доспеху хорошо. Он сам подзаряжается из любых источников, какие только встретятся. Солнечный свет — значит, свет. Ветер нужен действительно сильный. Хотя бы двадцать метров в секунду. Но и он бывает достаточно часто. А еще — можно просто постоять десять минут пол линией электропередач, или рядом с радаром. И это я еще не говорю о том, что часть мускульной энергии оператора тупо возвращается в накопитель.
Слава Богу, на этом мой допрос и завершился. Впрочем, меня не сильно напрягло общение с двумя офицерами. А за Хельгой и вовсе было приятно наблюдать. Все-таки Лилу еще ребенок, а миссис Корсак — взрослый, состоявшийся человек.
Но больше всего меня волновал другой вопрос: найдут ли они тропинку к норе? Так-то я специально увел преследовавших меня бандитов сильно в сторону. Знал ведь, что следователи все тут обнюхают, каждую былинку рассмотрят. И может быть, кому-то даже придет в голову поинтересоваться: для какой цели мафиози построили посадочную площадку глайдеров в таком глухом месте? Потому и рассказал о сенаторе, чтоб у дознавателей создалось впечатление, что суть проблемы в желании кого-то из богатеев заполучить виллу в лесу.
С другой стороны, ну найдут они пещеру. Ну и Господь с ней. Я пока никакого профита с нее не имел. Легко пришло, легко ушло.
Можно было конечно остаться, понаблюдать за экспертами, отвлечь если что. Но не стал. С этими нежеланными хлопотами я так свою территорию никогда не обойду. Мафия мафией, но ведь не они одни на богатства последнего леса нацелились.
Родригесы ведь еще есть. Из Сан-Хосе. Где-то же они берут деревяшки, из которых потом фигурки свои вырезают. Скульпторы. Это так сейчас называется? Если просто украл бревно, то — вор. А если из бревна крокодила вырезал, то уже — скульптор. Нет, ребята. Это не так работает. Никто ничего бесплатно из моего леса не получит! Мне еще много чего здесь сделать предстоит, и все денег стоит.
— Корм для белок тоже на какие-то шиши нужно покупать, — пробурчал я себе под нос, заприметив среди ветвей любопытную мордочку Валькирии.
Целую неделю я бродил по опушке собственного леса, и меня никто не трогал. Ну, не считая Вальки, конечно. Эта заноза иногда отлучалась — видимо, чтоб я мог передохнуть — но всегда возвращалась. Причина была проста: орехи! Пока последний, спорящий с камнем по крепости, мутировавший арахис не скрылся в бездонной утробе белки, от ее общества было не отвертеться.
