“Жри мясо пока босс тупит, босс в стуне, даже при впадении в ярость простоит так пару тройку секунд.”- без суеты хил сказал танку, явно экономя ману.
Мясо восполнило жизни, а босс все стоял и стоял в облаке темной энергии, вспышки молний откусывали жизнь небольшими частями.
“Есть идея: беги в противоположную сторону зала и вставай между несколькими кусками мяса. Стун с босса спадет и босс попрет к тебе, по пути попадая в черные лужи. за раз она сносит 25%, а значит хватит трех луж. Туда смотри, вон, есть как раз траектория, где он пойдет собирая лужи, но при этом не попадая на куски мяса, чтобы жизнь не ресалась, а значит он убьется о лужи. Как вам?”- рассказывал я свою мысль танку, указывая рукой будущую траекторию Маннакара.
“А капуста дело говорит.” - с ухмылкой сказал хил, -”руки в ноги и беги к вон тому камню.”
“Да, сЭээр! Есть, взять руки в ноги и бежать к тому камню, Сэр! Упал, отжался. Стремлюсь в направлении. Токо страхуйте, а то хер его знает, убьет ненароком”- танк нехотя поплелся в в противоположную сторону от нас.
“Бегом! Босс в себя приходит.”- выкрикнул Пип.
И действительно, босс скинул дебаф и пошел по направлению к танку. Первый взрыв, минута стуна, второй взрыв, две минуты стуна, третий взрыв и Маннакар осыпался горсткой черного пепла.
“О! мне левел дали. Надеюсь лут тоже порадует!!”- воскликнул я, подбегая к телу умершего Маннакара,- “только кусок стекла, ниче больше нет!”
“Попробуй собрать и использовать, может где-то откроется нычка?”- предположил танк, проверяя снаряжение.
Последний осколок, как магнитом притянуло к разбитому зеркалу, сначала раздался характерный звук трескающегося стекла, за которым последовало резонирующий звон, как будто кто-то провел пальцем по краю мокрого стакана. Звуки напоминали нехитрую, но печальную мелодию, сыгранную на гармонике Франклина, музыкальном инструменте, состоящем из стеклянных полусфер, разного размера, частично погруженных в воду, вращающихся на одном валу. Мне представлялась старуха тихонько плачущая на могиле давно умершего сына, ее всхлипы и стоны, сливаются в общее созвучие, его подхватывают другие люди, поддерживая мать и все это объединяется воедино, создавая гармонию этого скорбного мотива.
Вслед за музыкой стало холодать, редкая поросль мха и лишайника покрылась инеем, а из открывшегося прохода в противоположной стене начал ползти густой туман. Темная фигура плыла, как по началу казалось, над полом, а порченый временем плащ с капюшоном чуть касался поверхности. Места над которыми проплыла фигура покрывались слоем черного пепла от истлевшей редкой растительности. При приближении стало понятно, что босс не парил в воздухе, он передвигался на нескольких призрачных конечностях, собранных у разных видов существ: вот щупальце осьминога, там лапа птицы, тут какое-то копыто, а с краю лапка насекомого. Вместо рук у него были крылья летучей мыши с отсутствующей или полуразложившейся кожей, которая открывала длинные когтистые пальцы.
Голос, исходящий отовсюду, болью отдавался в моей голове- “Зачем ты привел сюда посторонних? Ты будешь виновен в их смерти, слуга осколков моего брата! Ими придется пожертвовать, они не должны были оказаться здесь.”
Пара крупных теней отделись от фигуры и устремились к танку. Он встал в боевую стойку, в попытке принять удар, но тут же упал и обратился кучкой пепла, от которой, повинуясь действиям теней, вылетела светящаяся сфера и втянулась в руки темной фигуры. Он просто исчез, на лута, ни горстки денег, ни чего, просто горстка пепла.
Маг тихонько подмигнул мне и успел сказать, - “Как выйдешь, найди нас в столовой, расскаже...”- и тоже растворился в небольшом вихре, осыпаясь прахом, в туже секунду прихваченного дуновением холодного ветра. Сфера Пюпитра, так же как и Нордика отлетела и втянулась под темный капюшон.
“Нет!!!”- единственное, что я смог прокричать и продолжил быстро прокручивать в своей голове-“ Это все невозможно. Ведь это всего лишь игра, нельзя умереть и я тем более не могу быть виновен в игровой в смерти, это всего лишь часть игрового процесса, опыта. Я тоже скоро выйду из игры, после выполнения квеста и встречу своих новых друзей. Именно друзей, они стали ими, за эти короткие три дня. Ща, кнопка “ВЫХОД” активируется и я встречу их в столовой, или, не дай бог, в спортзале. Буду перед ними позориться, стыдясь, рассказывая, как я ничего не смог сделать ради их спасения и не предотвратив потерю опыта или вещей. Может быть, даже уроню штангу или упаду с беговой дорожки. От стыда, конечно. Пип подаст руку, а Нордик, как явно самый молодой из нас, хотя, возможно и самый опытный, начнет ржать, по доброму и тоже постарается помочь.”
“Твое недовольство неоправданно, ты привел их сюда именно, твоей волей оборвались их жизни, но разговоры пока излишни и не своевременны.”- протянутая рука с выпущенным заклинанием, наградила меня бессрочным молчанием, о чем явно говорила иконка дебафа без счетчика времени.
