– Спасибо, извините. – Роджер окончательно сник, подошел к диванчику и сел, оперевшись локтями в ноги и обхватив голову руками. – Мы ехали в церковь одни, потому что никто не захотел приезжать, – вдруг заговорил он в гробовой тишине. – Все были против нашей свадьбы, любыми способами пытались нас остановить, разлучить. На краткое мгновение я подумал, что теперь, раз уж есть жизнь после смерти, мы сможем провести ее вместе, но и здесь…
Ком подкатил к моему горлу, сердце заболело, кажется, даже дышать стало труднее, так сильно я погрузилась в переживания за этого юношу.
– Так, а ну, не раскисать! – почти крикнула я, все даже подпрыгнули. – Что? Жизнь не сказка. Думал, после смерти любые проблемы решатся, как по волшебству? Иногда в любви не все так просто, за нее нужно бороться до самого конца, и чуточку больше! Понимаешь? – я подошла к Роджеру и, схватив его за запястье, рывком подняла с дивана. Это оказалось куда легче, чем если бы молодой человек был все еще жив. – Дело не в смерти, дело в любви. Киснуть и сдаваться еще рано. Представь, каково сейчас Мике? Она одна в чужом мире, переживает свою и твою смерть, это мы здесь добрые лапочки, а как там в Арде, кто знает.
– Думаете, ей там плохо? – встрепенулся Роджер.
– Нет, там ее мир, ей там хорошо физически, но если ты так убиваешься, то и она тоже. И ты, прежде чем окончательно впасть в уныние, жалея вас обоих, должен сначала попробовать все способы: возможные и невозможные, правильные и не очень, чтобы воссоединиться с возлюбленной. И сейчас все эти способы сосредоточены здесь.
– Считаете, у меня получится?
– Я не знаю, но мы сделаем все от нас зависящее, чтобы тебе помочь, так ведь? – обернулась к друзьям.
– Определенно. – Кивнул Рэм.
– Даже не сомневайся, – подхватил Люцифер.
Немного успокоив Роджера и убедив его позволить нам заняться решением проблем, мы отправили его домой, но под пристальным присмотром, чтобы наш молодой Ромео с горяча не наделал глупостей. Мы же остались в приемной.
– Ловко ты с ним, я бы не смогла найти слова, – призналась Маргарита, достала еще бокалы и на этот раз налила на всех.
– К сожалению, только словами я и могу помочь, да какой от них толк? Боюсь, совсем ненадолго мне удалось охладить его пыл, и уже очень скоро он начнет искать путь в Ард, и, я уверена, найдет его.
– У нас нет выхода, кроме как обратиться к зазнайкам, – Люцифер тяжело вздохнул.
– Зазнайкам? – Маргарита повернула к нему голову.
– Ардовцам, – произнес он нейтрально-прохладным тоном.
– Все настолько плохо?
– Думаю, да, – ответила я. – Мне однажды посчастливилось иметь дело с одним из них. Люц, а у нас есть какие-то дипломатические институты?
– Конечно, целых два. – Он сделал паузу, чтобы отпить вина. – Один, второй. – Указал сначала на себя, потом на Артарэма.
– Мы в дерьме, – констатировала я с едва заметной улыбкой.
Они рассмеялись, а Рита обеспокоенно спросила:
– Почему?
Пояснять снова пришлось мне:
– Рэм скорее человек дела, а не слова, и я сомневаюсь, что он может во все эти дипломатические игры. Да и Люцифера после его побега в Арде не жалуют. А ардовцы те еще заносчивые засранцы, не думаю, что они так просто пойдут нам навстречу.
– Но ведь это в интересах и их души тоже! – возмутилась Маргарита.
– Я надеюсь, что по этой причине нам помогут. – Рэм встал и подал мне руку.
– Пожелайте удачи. И помолитесь. – Моя улыбка вышла немного язвительной, я этого не хотела, постаралась исправиться и улыбнулась более открыто, доброжелательно, пока мы не исчезли.
Артарэм переправил нас куда-то в пустыню, на очень высокий холм, с которого красно-рыжие, словно ржавые, песчаные барханы было видно во все стороны до самого горизонта.
– Верин – это тоже планета?
– Что? – не понял Рэм.
– Горизонт, он существует на Земле из-за ее шарообразной формы, Верин тоже имеет форму шара?
– А, нет, Верин плоский, но чтобы людям было проще, он создает иллюзию горизонта.
– Значит, где-то есть конец мира?
– Конечно, в нашем случае – это Бездна.
– Но ведь за ней продолжается мир, есть города…
– Это сложно вот так представить, но если упростить. – Рэм наколдовал лист бумаги, согнул его, состыковав короткими сторонами, чтобы получился цилиндр. – Сам мир плоский, но пространство расположено примерно вот так, а это. – Он кивнул на расстояние между короткими краями бумаги. – Бездна, но, как видишь, с обеих сторон от нее Верин.
– А что вот здесь? – я указала на длинные, согнутые в кольца края листа.
– А тут начинается пространственная геометрия, которую я и сам не особо понимаю, мне это несколько лет назад объяснял профессор-человек. Одно могу сказать: тут пространство тоже как-то искривляется и получается что-то вроде прижатых друг к другу и намертво склеенных краев. – Артарэм сложил лист. – Забавно, что на этих местах у нас как раз горные хребты: Мугвар и Ние-Ригер с другой стороны.
– Очень интересно.
– Ты когда-нибудь видела Бездну?
– Нет, еще не довелось.
– Обязательно свожу тебя, поверь, подобный опыт ничем не передать.
