К обеду Алексей все же решил проведать Еву, которая продолжала прятаться в своей комнате, и узнать все ли у нее в порядке. Предварительно постучав в дверь, и, не дожидаясь ответа, он вошел в комнату Евы. Он ожидал увидеть ее неодетой и непричесанной, но она уже привела себя в порядок. Ева смотрела в окно, когда он, как всегда, бесцеремонно вторгся в ее личное пространство. Она лишь мельком взглянула на него и снова отвернулась окну.
— Ты не спустилась на завтрак, — сказала Алексей, приблизившись к ней. — С тобой все хорошо?
— Мне не может быть здесь хорошо, — с ноткой недовольства и раздражения ответила Ева.
— Тебе нужно развеяться. Пойдем, прогуляемся по саду.
Его предложение понравилось Еве, но она очень боялась встретиться с дядей.
— А дядя?
— Не волнуйся, его нет дома, — ответил Алексей.
— А Марк?
— Его тебе точно нечего бояться. К тому же я его пока не видел. Скорее всего, он еще спит. Пойдем, подышим воздухом.
Он взял ее за руку и повел за собой. Ей ничего не оставалось, как послушно пойти за ним.
Прогулка по саду и в самом деле улучшила настроение Евы. Хорошего настроения добавлял комфортный, нежаркий, солнечный день с легким ветерком. Алексей не утомлял Еву пустыми разговорами. Они прогуливались молча. Он умел, когда нужно хранить молчание, и при этом, находясь рядом, давать ощущение того, что ты не одинок.
Увидев красивую беседку, увитую плющом, Алексей предложил присесть. Ева согласилась.
— О чем ты думаешь? — все-таки решился нарушить молчание Алексей.
— О маме, — ответила Ева. С момента, как она переступила порог дома дяди Феликса, она чаще стала думать о матери. Она совсем ее не помнила и почти ничего о ней не знала. И сейчас, живя в доме, в котором когда-то жила она и, прогуливаясь по саду, по которому, возможно гуляла и она, Еве захотелось хоть что-нибудь узнать о ней. — Как думаешь, у дяди Феликса есть ее портрет?
— Не знаю. Давай спросим у Марка.
— Нет, — отказалась Ева.
— Почему?
— Не хочу ни о чем его спрашивать. Он такой же, как и его отец.
— Ничего удивительного. Феликс души в нем не чает. Скоро обед. Ты с утра ничего не ела.
— Я не голодна.
— Значит, просто посидишь рядом со мной. Я не отказался бы что-нибудь перекусить.
Ева, не без сожаления, покинула беседку и, взяв Алексея под руку, вернулась с ним в дом. В холле они случайно столкнулись с Марком, который как раз собирался уходить. Алексей вежливо поздоровался с ним, а потом как бы невзначай спросил, нет ли где-нибудь в доме портрета его матери. Марк на мгновение вернулся в прошлое. Он вспомнил, как однажды в детстве задал отцу точно такой же вопрос. Отец принес ему из своего кабинета миниатюрный портрет молодой, красивой женщины, сказав, что это его мать. Потом Марк несколько раз тайком пробирался в кабинет отца, надеясь еще раз посмотреть на портрет матери, но Феликс очень хорошо его спрятал. Марку так и не удалось его найти.
— Наверное, нет, — ответил Марк.
— Как же так? — возмутилась Ева. — Неужели Феликс ничего не сохранил?
— Спроси его сама, — грубо ответил Марк, явно не желая продолжать эту тему.
— Я не верю, что ты никогда не хотел узнать, какой она была, — не унималась Ева.
— Конечно, я порою спрашивал отца о матери. Но всякий раз он приходил в такую ярость, когда я вспоминал о ней, что я предпочел больше его не расстраивать.
— Не может быть, — не верила Ева. — Почему он ее так ненавидел?
— Не знаю. Пусть он сам тебе расскажет.
— Пусть ты вырос в достатке, но ты не мог не тосковать о ней, — продолжала допытываться Ева.
— Видишь ли, сестренка, возможно, я не такой сентиментальный, как ты. Да, я вырос без матери, но у меня была такая замечательная няня, которая окружила меня заботой и любила меня не хуже родной матери. И, кстати, отец до сих пор выплачивает ей хорошее денежное содержание, — последнюю фразу он добавил специально, чтобы Ева, наконец, перестала винить во всех своих бедах только Феликса.
— Ты говоришь неправду, — разозлилась Ева.
— Все, хватит, — вмешался в их спор Алексей, заметив, что Ева готова была наброситься на брата с кулаками. — Пойдем, Ева, тебе нужно отдохнуть.
Он снова взял ее за руку и повел за собой. А Марк, довольно ухмыльнувшись, вспомнил, что торопился на встречу с друзьями.
Алексей привел Еву в ее комнату и усадил на банкетку, стоящую возле кровати.
— Ева, ты должна научиться контролировать себя, — как можно спокойнее сказал он, в то время как в его душе кипело негодование. Он был очень недоволен ее поведением.
— Почему Феликс так сильно ненавидел мою мать? — все никак не могла успокоиться Ева. — Я уверена, ты наводил справки. Что тебе удалось узнать?
Алексей отвел взгляд. Какое-то время он молчал, пытаясь собраться с мыслями, чтобы решить, что рассказать ей, а о чем лучше утаить. Ева с немым вопросом в глазах внимательно смотрела на него.