Риордан Тер-Ридлэй, был одним из лучших Королевских Карателей, отнимающих запрещённую магию у тех, кто не в праве ей владеть. За долгую и успешную работу ему даровали…кусок льда. И скрытый под ним замок Соколиная Пустошь. А юная Эйтелия ищет для себя и дочери спокойное, тихое место. Ведь им не просто становится скрывать свои магические способности. И вынужденная согласиться на предложение о работе, Тель не подозревала, что попала к человеку, от которого ей стоило держаться как можно дальше! И дело не только в ее магии. Этих двоих связывает одна маленькая ночная тайна…»
……Ночной воздух был настолько холодным, что проникая в легкие разрывал их изнутри. Но не смотря на боль, приходится бежать вперёд. Короткая остановка… И снова дикая гонка. Снова темный лес впереди. Одна цель- только бы добежать! Высокие деревья обещают защиту, приветственно машут ветвями, подбадривают. Но силы на исходе. Бежать уже не получается. Лишь ползти по чахлой траве. Ещё немного… Спасительная сень деревьев так близко!
Как и в прошлый раз…
И как в прошлый раз за спиной раздался птичий крик. Шум крыльев. И сердце готово разорваться от страха! Нет! До леса осталось совсем немного! Ещё чуть-чуть!
Но резкий взмах крыльев и в спину впиваются острые когти. От невыносимой боли из горла жертвы вырывается крик…
… И в тот же миг девушка просыпается…
Остановить бешено колотящееся сердце удаётся не сразу. Девушка провела рукой по спутанным волосам. Стараясь прийти в себя, она оглядела комнату, чтобы убедиться, все в порядке. Это всего лишь сон. Кошмар.
Да, все на месте. И небольшой шкаф. И стол у стены. Пара стульев, заменявшие иногда вешалку. Ботинки под стулом. В голове возникла мысль: «Ну сколько раз говорить Стефи, чтобы ставила башмаки у входа?». Комнатка была небольшая. Без лишних изысков. Девушка вздохнула. Ночной кошмар отступал.
«Странно»– подумала она.-«Давно у меня не было таких снов. Видимо все из-за того, что Стефия нарисовала в альбоме птицу. Попрошу ее больше не рисовать подобное. Пусть лучше лошадок рисует. Утром надо будет зайти к госпоже Роджерс и спросить, не осталось ли у неё огрызков карандашей».
Госпожа Роджерс была владелицей книжной лавки. Любой желающий мог прийти, купить книгу и, прочитав ее, нарисовать иллюстрации к понравившейся книге. Лучшие работы госпожа Роджерс отправляла в столичный вестник. Ей это ничего не стоило. Но если вдруг такой рисунок печатали в главной газете столицы, Итидалис, то у госпожи Роджерс значительно прибавлялось клиентов. Однако, несмотря на свой высокий статус, эта энергичная, как типичная южанка, женщина, была очень добра к Эйтелии и Стефинии. Зная, что Стеф очень любит рисовать, Юна Рождерс оставляла ей карандаши. Тель было совестно, что она не может позволить себе купить для девочки новые. А все по тому, что эта мелкая непоседа все время их теряет. Так не напасёшься. Хорошо, что убираясь в книжном магазине по вечерам, Тель догадалась спросить у хозяйки про остающиеся после уроков рисования огрызки. Их и потерять не жалко. Так что пусть девочка рисует в своё удовольствие.
Пока девушка размышляла, из-под одеяла высунулась маленькая ножка. Затем с ловкостью цирковой обезьянки, девочка забросила ногу на Тель. Прижавшись к тёплому боку, малышка переслала возиться и вновь заснула. «Хорошо, что сегодня кошмары достались мне».– подумала Тель. Аккуратно сгрузив ножку, она укрыла девочку одеялом, чмокнула в макушку и вздохнула. Завтра предстоит трудный день. Господин Маск просил не опаздывать. И одеться по солиднее. Тель мысленно перебирала свой нехитрый гардероб. Знал бы господин Маск, что вещи в шкафу у девушки вряд ли можно назвать солидными. Пара юбок и платье, которое требовало починки. Однако времени на это совершенно не было.
«Ладно, встану пораньше и пришью недостающую пуговицу».
Стеф оторвала ее, когда Тель пыталась отцепить ее от себя.
« И откуда у четырёхлетней девочки столько силы?»
Тель не любила оставлять девочку одну. Но клиенты просили конфиденциальности. И наличие маленького ребёнка смущало их. Поначалу приходилось запирать ревущего ребёнка в комнате. Квартирная хозяйка несколько раз уже грозилась вызвать службу опеки.
А уж когда Стеф подожгла свою кровать, хозяйка окончательно вышла из себя. Однако новенькая золотая монета, перекочевавшая из потрепанного кошелька Тель в цепкие ручонки госпожи Дастерс, быстро решила этот вопрос.
За окном была тихая, южная ночь. Пахло цветами, соленым морским воздухом. Крики ночных птиц напоминали о ночном кошмаре. И девушка вновь начала перебирать в уме отрывки из сна. Насколько она помнит, ей никогда не доводилось бывать за пределами южного графства. Оно протянулось от Безымянного моря до Врат пустыни. Заняв практически всю южную часть их Государства. Эйтелия безусловно знала, что есть в их Королевства такие пределы, полностью покрытые снегом. И лето там если и наступало, то короткое и холодное, по южным меркам. Сама Тель была очень рада, что их портовый городок находится на границе с восточным пределом. И климат тут был мягким. Жаркое лето сменялось прохладой осени. А зимой иногда даже мог выпасть снег. Она видела его несколько раз за свои неполные двадцать три года. Однако, ночные кошмары, что иногда ее посещают с самого детства, были про совершенно незнакомые места. В ее снах равнина, с невысокой травой сменялась густым, хвойным лесом. В месте, где выросла Тель, таких деревьев не было. Возможно именно поэтому в своём сне, девушка никогда не добегала до них.
Поворочавшись ещё немного, она все же уснула.
