— Есть супруга, Валерия Рогова, терапевт, тридцать семь лет.
— Они не в разводе? — удивился Филипп. Лера утверждала, что Стас — бывший муж. Как интересно.
— Ну, опять же официально нет, — Игорь смачно зевнул. — Прости, я только проснулся.
— Блядун, — Фил покосился на Никитича, но тот лишь усмехнулся этой фразе. Он явно особо не вслушивался в чужой разговор. — Как думаешь, что ему может быть нужно от Дани?
— Дани? — Королёв присвистнул, а Филипп скрипнул зубами. Он специально сказал имя Орлова так, чтобы Никитич ничего не понял, но оно действительно прозвучало слишком ласково. — Ничего не хочешь мне рассказать?
— Харе умничать, — огрызнулся Филипп. — Что там может быть?
— Ну, Орлов твой дорогу особо никому не переходил, о нём информации у меня почти нет, да ты и не просил, — Фил действительно не просил, но зная своего друга, понимал, что тот что-то нарыл. — Но есть мыслишка, что Рогову может быть нужна его земля. Он там дорогу собирается прокладывать.
— Да тут где угодно можно проложить, что он прицепился? — Филипп недоумевал. Тайга кругом, договаривайся с властями и шуруй. Тем более, это в их интересах.
— Где угодно, кроме частной территории, — хмыкнул Игорь. — А у Орлова твоего дохера земли, я скажу.
— Правда? — Ларин снова удивился. Он держал на периферии сознания момент с тем, что у Данилы явно были средства, но всё равно особо не задумывался над тем, сколько именно.
— Кривда, — потешался Королёв. — Слушай, не вмешивайся ты в их с Роговым дела. Оно тебе надо? Уверен, за Стасом этим серьёзные люди стоят.
— И бросить его одного разбираться с этим?
— Пиздец, Филя, ты себя слышишь? Ты там влюбился, что ли? — Игорь, кажется, знатно охренел от собственных выводов. Как, впрочем, и сам Филипп.
— Попробуй узнать что-то о том, что с ним случилось в Москве, — быстро попросил он и отключился, не дожидаясь дальнейших расспросов. Игорь тут же перезвонил, но Фил скинул вызов.
Тогда Королёв прислал ему посыл нахуй в сообщении. Но он наверняка поможет, это главное.
— Случилось что? — поинтересовался Никитич.
— Не, — Филипп покачал головой. — Всё отлично.
Ему нужно было время, чтобы переработать информацию.
После прошедшей ночи зад нестерпимо ныл.
Пожалуй, на ближайшие два-три дня о плотских утехах стоило забыть. По крайней мере, с проникновением. Потому что проникновений пока с задницы Филиппа достаточно. Он ходил на тренировке с прямой, как палка, спиной, надеясь, что малолетки ничего не поймут. Старался хотя бы не морщиться.
Вообще, дела у пацанов шли из рук вон плохо. И Филипп сильно сомневался, что за две недели из них выйдет какой-то толк. Об этом же он рассказал и Никитичу, когда вечером заходил в учительскую за своими вещами.
Мальчишек сегодня Ларин загонял хорошо, домой уползли с языками на плечах, но он всё равно оставался недоволен.
— Мне кажется, в этом летнем лагере нет особого смысла, — признался Филипп. — Я хотел им канал завести же, но чувствую, толку не будет.
— Ты это после двух дней решил? — Иван рассмеялся. В голос, от души. — Ох, Филя-Филя, простофиля, видно сразу, что опыта у тебя тренерского маловато.
Ларин обиделся. И на простофилю, и на отсутствие опыта. Хотя второе было более чем очевидно. Но он не стал огрызаться, подождал, что Никитич договорит.
— Дай пацанятам шанс. Их никто толком не учил особо ни правилам, ни тому, как верно заниматься, на что обращать внимание. Расскажи им основы, не требуй от них уровня профессионалов. Дай им удочку, а не рыбу, в конце концов.
Филипп отвёл взгляд в окно на поле. Он покусал щёку изнутри, вспоминая себя бегающим по такому же куцему газончику, совсем мелкого, полного мечтаний о большом спорте. У него ведь тоже не сразу начало получаться. С деньгами отца и отсутствием каких-либо целей в жизни Филипп уже отвык от того, что чего-то нужно добиваться, к чему-то нужно медленно и упорно идти.
Ему стало стыдно. По-настоящему стыдно и за свои мысли, и за слова.
— Спасибо, — просто поблагодарил он и пожал тренеру плечо на прощание. Ему, пожалуй, был нужен этот трезвый взгляд со стороны и напоминание.
У ворот школы Филиппа уже ждал чёрный Брабус. Данила сидел за рулём и с кем-то разговаривал по телефону. Заметив Ларина, он кивнул в знак приветствия.
Так странно, они больше не враждовали, но их взаимоотношения сложно было назвать и дружескими. Не ведут себя так друзья, ну, не ведут. Не вылизывают так, что мозги через член вытекают со спермой, не трахают так, что ноги потом свести не можешь, не смотрят так, что у тебя внутри все кости в желе превращаются.
Они с Данилой кто угодно, но не друзья.
Забравшись в машину, Филипп услышал конец разговора Орлова:
— Всё, хорошо. Давай, я тебя тоже.
— Кто звонил? — полюбопытствовал Филипп, когда Данила отключил телефон. Ему действительно стало любопытно, кого там «тоже» и что именно «тоже».