Пока завтракали поднадоевшей уже похлебкой из тушенки, небольшого количества грибов, что собрали по дороге, и дикого чеснока, я прокручивал в голове ночной разговор с Александром, пытался вспомнить все подробности, детали обстановки, и вдруг понял, чего не хватало в облике моего бывшего друга — того самого амулета, о котором он рассказывал! А ведь Сашка говорил, что именно амулет каким-то образом способствует пресловутой трансформации человека в… это древнее существо. Не знаю даже, как его называть! Не висела эта хрень у Сашки на шее! Точно! Но тогда, может быть, ее у него и нету? Стоп! А в тайнике в кабинете разве не она хранилась?..
Я даже есть перестал. Чувствовал, что нащупал правильное направление в рассуждениях. Допустим, старый мойпар пришел к Александру и заявил, что, мол, время, дядя, давай-ка, айда до скита, пора в Хозяина перекидываться. Сашке, понятно, не очень-то хотелось, но куда деваться? Он согласился, но не взял из тайника доставшуюся ему по наследству реликвию с сомнительными свойствами. Почему? А может быть, он решил
Я не заметил, откуда в моей руке очутилась кружка с чаем, а в другой — кусок мурцовки.
Безумная мысль: отыскать опасную захоронку и попытаться спасти Сашку Богомола от ужасной доли занозой засела в башке. Я на автомате выхлебал чай, загрызая его мурцовкой и не чувствуя вкуса. И вдруг заметил, что Михаил весьма внимательно на меня смотрит.
— Ты чего? — попытался сосредоточиться я на внешних обстоятельствах.
— Я в норме. А вот ты, по-моему, нет. — Сотников встал и пересел поближе, тоже взял кружку с чаем. — По-моему, с тобой что-то произошло во время ночного дежурства, но ты не хочешь об этом говорить.
«Надо же, какие мы проницательные!» — фыркнул я про себя, а вслух сказал как можно спокойнее:
— Ночью, Миша, у меня родилась одна прелюбопытная мыслишка. Поскольку мы скит нашли, но Александра здесь нет, то давай-ка пошукаем тут как следует — вдруг да найдем то, за чем сюда Беров своих ребят гонял?
— Мысль интересная, — кивнул Сотников, прихлебывая чай. — А что мы будем делать, если найдем?
— Придумаем. По мне, так война план покажет.
— Если найдем, действительно может война начаться.
— А у меня, если хочешь знать, давно уже руки чешутся кому-нибудь ряшку начистить!
— Адреналин девать некуда?
— А хоть бы и так! Пошли! — Я отставил кружку и вскочил. Михаил тоже поднялся. — Эй, братва, — зычно рявкнул я, — есть предложение учинить тут небольшой шмон. Вполне возможно, найдем кое-что ценное! Готовы?
«Братва» не возражала, и вскоре мы, разделившись парами, приступили к обыску ветхих построек. В том, что они ветхие, я убедился почти сразу, когда попытался выбить дверь одной из них. Мой уширо-гери был великолепен! Но старая дверь давно пережила свой бренный срок и превратилась в труху в первую же секунду, так что я только чудом не растянул себе промежность, не удержав равновесия и едва не сев на «шпагат», как балерун. Сотников на это лишь покачал головой и стал похож на мудрого учителя, а Дюха неприлично заржал, толкнул плечом дверь другой избы и кувырком полетел внутрь. Раздался металлический грохот и сдавленный мат. Теперь захохотали мы, а Степан осторожно заглянул в проем и поинтересовался:
— Дядя Андрей, вы не ушиблись?
Но дальше дело пошло легче. За каких-нибудь полтора часа мы буквально перевернули содержимое, вернее, его остатки, всех трех строений. Результатом явились находки нескольких полуистлевших деревянных ведер, пары глиняных кувшинов и дюжины таких же плошек разного калибра. Еще в первом доме нашелся сундук, полный остатков одежды, рассыпавшейся в труху от малейшего прикосновения. Но в конце концов мы были вознаграждены.
— Эврика! — раздался утробный, как из-под земли, рев Андрюхи, и следом появился он сам, гордо неся на вытянутых руках нечто небольшое, похожее на обувную коробку, только деревянное.
Он поставил находку на замшелый пень, торчавший посреди двора рядом с кострищем, на котором ночью сидел Александр. Мы сгрудились вокруг, разглядывая приз.
Вблизи он действительно напоминал коробку или, скорее, ларец, изготовленный из какого-то светлого дерева с кремовым рисунком. Ни петель, ни замка у ларца не наблюдалось. А выглядел он так, будто вчера вышел из рук искусного столяра-краснодеревщика.
— Что-то подсказывает мне, что мы нашли, что искали, — витиевато высказался Сотников.
— У меня тоже такое ощущение, — отозвался я.
— Вскроем? — азартно предложил Дюха, берясь за нож.
— Нельзя! — почти выкрикнул вдруг Степан. — Это сэн лыпийн! Он принадлежит Хозяину урмана. Его нельзя даже трогать! Нужно немедленно вернуть его на место, иначе…
