– Повернись! Наклонись!
Я послушно исполняю команды. Врачи, стоящие полукругом, рассматривают меня без всяких эмоций – эка невидаль, ещё один донор. Внимание проявляет только один, сидящий в кресле. Бессмертный, носящий имя.
Скоро я стану им. Слияние – высшая радость и счастье, выпадающее на долю немногих счастливчиков…
Ерунда всё это. Разговоры на эту тему пресекаются очень строго, но даже самый тупой выпускник не верит в официальную версию. Никакого «слияния» нет. Он просто заберёт моё тело, как комбинезон. А я… а меня больше не будет.
– Подойди, – роняет Бессмертный. Я подхожу, и он ощупывает меня тщательней, чем ранее доктора.
– Ну что же, я доволен. То, что нужно.
– Когда господин желает совершить Слияние?
– Завтра.
Я вздрагиваю. Обычно до Слияния проходит какое-то время – Бессмертные очень заняты и не вдруг могут выбрать время для столь важной операции. А этот спешит, похоже.
– Уведите, – бросает главврач Санитарам, не глядя на меня. Я беспомощно оглядываюсь, но мои башмаки и комбинезон остались за дверями.
– Пошёл, – спокойно и беззлобно тычет меня Санитар.
– А… а одежда?
– Не положено.
Стальные створки распахиваются, пропуская меня и конвоиров. Идти, впрочем, оказывается недалеко.
– Принимай, – вталкивает меня в помещение, залитое белым светом, Санитар. Другой, сидящий в комнате, отрывается от созерцания экрана, на котором идёт кино – подвешенного на дыбе Истинно Разумного полосуют хлыстами.
– Быстро вы.
– Господин спешит. Завтра на стол.
– Ого!
Он оборачивается ко мне.
– Значит, так… Сейчас очистка кишечника, потом спать. Спать будешь у нас, в отдельной комнате. Цени!
Он снова поворачивается к конвоирам.
– Кашу можете сожрать, ему сегодня и завтра только вливания…
– Ладно!
На экране воспитуемый дергается, заходится пронзительным визгом – экзекуторы пустили в ход клещи. Санитар, принимающий меня, мечтательно причмокивает.
– Всё-таки расходные лучше. Порезвились бы напоследок… А донор, тут и пальцем не тронь, взыщут за царапину…
– Точно. 
