Знаем ли мы, как удается детям, созданиям, в общем-то хрупким, выдерживать удары, на которые не скупится жизнь? Ведь родители не всегда рядом, да и они порой бессильны перед нелепыми случайностям и неожиданными катастрофами. Детям было бы гораздо сложнее, если бы не не было хрангелов. Дебютная фантастическая повесть киевской писательницы Ники Ининой повествует о чудесных существах, назначение которых - поддерживать, оберегать, охранять доверенных им детей, навевать им хорошие сны, быть рядом, когда ребенку больно или просто грустно. Или когда в темноте прячутся какие-то ужасные существа, и даже маму позвать нет сил. Хрангелы были бы ангелами, если бы так сильно не походили на людей. От ангелов им достались крылья, а от людей – характеры, привычки и странности. Хрангелы летают друг к другу в гости, обсуждают насущные вопросы, размышляют над устройством бытия и шефствуют над вверенными им детьми. В мире хрангелов существует четкая иерархия и свой начальник – директор Департамента детства, который дает подчиненным задания и проверяет отчеты о проделанной работе. Миру хрангелов противостоят отрицательные персонажи – темноны, которые стремятся посеять в детских душах агрессивность вместо сострадания, жестокость вместо сочувствия, подлость вместо взаимовыручки. В основе сюжета книги – извечная история борьбы Добра и Зла, рассказанная по-новому увлекательно и трогательно. Чем закончится противостояние, кто из хрангелов пострадает, и что должны будут сделать темноны после приговора - читатель узнает, пройдя вместе с героями до последней страницы этой истории. По словам писательницы, книга «Хрангелы» навеяна интуицией и адресована современным детям - «экстрасенсорному поколению, далекому от азбучного восприятия мира». Текст повести прекрасно дополняют графические иллюстрации художницы Инги Леви. Мистическое повествование плавно переходит из текста в графику, позволяет сконцентрироваться на эмоциях и ощущениях, и превращает чтение книги в увлекательную вербально-созерцательную игру.
Ника Инина
Хрангелы
Почти как мы
Наверное, сюжеты витают в воздухе... Иначе как объяснить, что однажды в тебе поселяется и живет история, потихоньку обрастая все новыми и новыми персонажами и событиями... А потом начинает стремиться наружу...
Все чаще Болтан, Мудрица, или Форчунья, влетая в мое окно, смотрели с укоризной: когда же ты, наконец, расскажешь о нас?!
Они то просили не забыть, какие цветы любила Красинда, то говорили о детях Мечтана...
Только Толчунья ни о чем не просила – лишь бы у всех всё было хорошо...
И вот эти настойчивые крылатые гости добились своего: перед
вами – рассказ о том, что происходило на острове среди океана, где было много солнца, бирюзовой воды и других летних радостей. Никто и не подозревал, что в это самое время тéмноны, извечные враги человечества, уже приступили к осуществлению своего зловещего плана. И если бы не хрангелы, мир мог бы стать совершенно другим...
Ника Инина
День рождения Красинды
«ДР-Р-ЫНЬ!», – сказал Белый рыцарь атакующему дракону. Дракон немного опешил, но напора не уменьшил. Разверзнув огнедышащую пасть, он издал грозное: ДЗ-З-ЫНЬ! ДЗ-З-ЫНЬ!».
«Какой сон испортили... – нащупав кнопку, Форчунья с трудом разлепила глаза, – ненавижу будильники!.. И кто их только придумал?! Небось, когда по утрам этого кого-тонедобрым словом поминают, он из-за часовых поясов круглые сутки в гробу переворачивается!..
Есть же хорошие изобретения – колесо, велосипед, радио. За некоторые даже Нобелевские премии дают... Вот за мухобойку я бы точно дала (столь высокая оценка мухобойки объяснялась очень просто – прошлой ночью две назойливые мухи пали жертвой этого гениального изобретения)! Или, допустим, – порох... Нет, за порох премию бы не дала, слишком много шума. И грязи... Жаль, конечно, что я не Нобелевский комитет...»
По утрам Форчунья часто предавалась подобным размышлениям. Она любила размышлять. Только вот рассуждала как-то очень странно... Стоило ей посмотреть, к примеру, на стул, как тут же в голову приходило: «Ну вот... Целых четыре ноги!.. Четыре! Вот цапля стоит на одной и ничего, не падает». При этом Форчунья признавала, что на цапле все-таки никто не сидит, и вряд ли попытается, но гнала такие мысли, чтобы не нарушать стройности рассуждений.
Иногда она сама поражалась, сколько всего ей решительно не нравится! Но если бы кто-то вздумал намекнуть, что в этом виновато ее имя, то, будьте уверены, его ждала бы получасовая лекция о происхождении имен. И тогда любой убедился бы, что назвали ее в честь Фортуны, римской богини счастья, а глагол «ворчать» здесь абсолютно ни при чем.
Если не принимать во внимание свойство Форчуньи трезво оценивать все стороны вещей(а не ворчать, отнюдь не ворчать!), то она была просто замечательным хрангелом, назначение которого – поддерживать, оберегать, охранять доверенных ему детей. Навевать им хорошие сны. Быть рядом, когда ребенку больно. Или просто грустно. Или хочется плакать, а – некому. Или когда в темноте прячутся какие-то ужасные существа, и даже маму позвать нет сил... A Форчунья всегда начеку – образцовый хрангел, хрангел-отличница. Ее дети были здоровыми, веселыми и счастливыми. И она тоже была счастлива.
Только одно ее огорчало: когда дети вырастали, с ними приходилось расставаться. Онатак и не научилась справляться с этой болью... Однажды, когда всем троим подопечным Форчуньи (у каждого – их не больше трех, иначе никакому хрангелу не хватит на них даже самого ангельского терпения) стукнуло пятнадцать, и пришлось расстаться сразу со всеми, ее разрушительной силы негодование превратилось в цунами, которое целому отделу трансформации эмоций еле удалось превратить в безобидный грибной дождик. И тогда, впервые за всю историю хрангельства, сама Ума Помрачительная – правая рука директора Департамента детства – позволила, чтобы ее подопечные были разного возраста и уходили от нее хотя бы не одновременно.
Позднее это, конечно, стало общим правилом, за что хрангелы были весьма благодарны Форчунье, – даже те, кто, казалось бы, радовался, что ребенок вырос, и теперь находится под защитой Департамента взрослых. Ведь на самом деле и они грустили при мысли о расставании...
Однако вернемся в то утро, когда в неравной борьбе с будильником верх одержал он, а не Форчунья. Окончательно проснувшись и обдумав проблему раздачи Нобелевских премий, она задалась гораздо более важным вопросом – что подарить на день рождения своей подруге Красинде, которая утверждала, что точно
знает, когда у нее этот самый день.
