Что ждёт ангела, если он вдруг станет обычным человеком? Не помня своего прошлого, Серафима идёт по непростому человеческому пути, встречая друзей и врагов. Случайное знакомство с талантливым автогонщиком Тарасом Остапенко открывает ей новый мир, мир любви – удивительной, трепетной, а порой жертвенной и горькой. И неважно, кто ты: ангел на небе или на земле! Важно быть рядом, когда жизненный вираж любимого человека становится опасно крутым и заканчивается катастрофой, когда ты – единственная, кто может его спасти. Но сможет ли она исцелить своё сердце, когда оно будет разбито? Или это сделает кто-то другой? Ведь порой судьба совершает неожиданный поворот…
* * *
«Хотела поснимать уточек, дура? Вот и поснимала!..»
Девушка в ужасе отступала, глядя на наведённый на неё прицел пистолета. Шорох гравия под её ногами нарушал тишину раннего июльского утра. Фотокамера выскользнула из вспотевших рук и не упала только благодаря ремню на шее девушки.
Вчера утром был дождь. Настя приходила сюда на разведку – выбрать место для съёмки, посмотреть, как будут вести себя утки и на что их можно сподвигнуть крошками батона, чтобы на следующий день не тратить на это время. Ещё бы, ей нужно было поскорее закончить съёмку, вернуться домой, разбудить Люську и отвести её в садик.
Сегодня всё шло замечательно. Солнце обеспечило дивный свет в кадре, туман живописно стелился над водой, даже утки не казались сонными, взбодрились и без страха выбирались на берег. «Неужели меня вчера запомнили, дурынды?!» Девушка мастерски ловила нужный ракурс и воодушевлённо щёлкала камерой, как вдруг…
– Что, решила сделать пару кадров на прощание? – отвлёк от объектива хриплый мужской голос.
Настя встала и повернулась к говорящему. Незнакомый высокий мужчина лет сорока показался бы ей даже симпатичным, если бы не перекошенное от ненависти лицо.
– Мы знакомы? – с недоумением спросила она.
Зря она это сказала. Потому как незнакомец достал из кармана пистолет и направил на неё.
– Я вижу, ты совсем охренела! Три года гражданского брака можно считать знакомством?
Ноги чуть не подкосились, а тело обмякло.
– Вы… Вы меня с кем-то спутали, – едва выговорила она.
Липкий страх парализовал её сразу. В любую секунду он может спустить курок, и тогда… Тогда её, Насти, не станет. Люську, дочку её лучшей подруги, умершей год назад от рака, удочерённую ею, органы опеки незамедлительно отправят в детский дом, а мама сляжет с инфарктом.
– Постройнела, волосы подкрасила, – с издёвкой произнёс ненормальный и двинулся на неё. – Ритуль, думала, что я тебя не узнаю?
«Рита!» – тут же пронеслось в голове девушки.
– Я не Рита, я Настя! Меня зовут Настя! – закричала она.
«Неадекват» продолжал медленно идти в сторону девушки. Создавалось такое впечатление, что он либо не расслышал, либо ему было всё равно. «Помогите!..» – девушка в надежде озиралась по сторонам, но увы: утро, обычных гуляющих ещё нет, а все зожники кучковались около спортивной площадки совсем в другом конце парка.
* * *
После второго круга ноги сами понесли Илью вглубь парка. Обычно еле слышный, сегодня его внутренний голос что-то разошёлся: «Тебе не надоело каждый день одно и то же? Начни уже менять свою жизнь! Боишься менять кардинально – начни с мелочей. Третий год подряд каждое утро бегаешь привычным маршрутом! Ты не замечаешь этого? Сворачивай!» И он свернул.
Картина, которую он увидел, удивительным образом смахивала на кадр из фильма и выглядела весьма натурально: бандит с пистолетом собирается расправиться с беззащитной жертвой. Илья даже осмотрелся – не кино ли здесь снимают? Но ни камеры, ни операторов он не увидел. Зато увидел распахнутые от ужаса глаза девушки и прочёл в них мольбу. Остановившись, он замер, оценивая ситуацию.
– Вали отсюда, спортсмен, – заметил Илью «снайпер», не убирая прицел с жертвы.
Белов похолодел: мужчина с пушкой явно не шутил.
«Вмешаться и получить пулю в лоб?! Нет уж, спасибо! У меня семья: жена, сынишка. А эта девушка мне никто. Может, она сама виновата?» – подумал Илья.
Спокойный и уравновешенный, он всегда старался избегать конфликтных ситуаций. Часто жена выговаривала ему за это, называя тюфяком, бесхребетным, мальчиком для битья. Начинались ссоры. Упрёки супруги коробили его, мужское самолюбие страдало, но он ничего не мог с собой поделать: размахивать шашкой наголо и бульдозером переть на врага было не его. Вот и сейчас Илья вздохнул и уже хотел было развернуться, представляя искривлённые в презрительной усмешке губы своей жены Маринки…
