Уставшая, но совершенно счастливая, вернулась к себе в комнату уже глубоко заполночь, рухнула в кровать и мысленно поздравила себя с победой. А если удастся уговорить Учителя освободить меня от песнопевных уроков Живы, то это будет полный триумф.
Утро началось с двух зол — отчаянной долбежки в двери и болящего горла. Обреченно прохрипев: "Войдите!", поплелась в ванную.
— Ты сколько можешь спать? "Жвачка" велела всем быть в молельне через два часа! — Звонкий голосок моей приятельницы Целесты серебряными колокольцами рассыпался по комнате.
Молельня. С недавних пор я это место ненавидела, и мои эмоции тут же отдавались болью в коленных чашечках. Ндя… Под высокими белоснежными сводами нараспев читались всевозможные мемуары и заветы ныне давно покойных, возведенные неуемной Живой в разряд священных писаний. Сквозь высокие витражные стекла лился свет, стояли скамьи для праздничных собраний горожан, за колоннадой мостились отдельные для обитателей Дома. И повсюду ощущение покоя, размеренности и благообразности. Если б не уроки Живы — место тишины и покоя.
Там же мы сдавали зачеты по этикету и риторике, философии и искусству поведения в высшем свете, тренируясь параллельно в остроумии.
— Листик, милая, я едва живая, — жалобно проблеяла я. — Да и не в чем мне на парадную взбучку идти.
Это действительно было проблемой. "Жвачка", как мы с моей легкой руки прозвали Живу, категорически требовала соблюдать традиции Дома, так что мне пришлось на время занятий окончательно расстаться с любимыми джинсами и косухой. Регулярно присылаемые братишкой деньги я хранила в кармане магистра, купив только пару простых платьев да плащ, ну и на письменные принадлежности пришлось потратиться. Жалко только, Яр ни разу не приложил к кошельку записки. Но оно и понятно, записку может прочесть кто угодно, а моему братишке приходится быть осторожным.
— Пошли тогда бегом в лавку сходим!
Я взглянула на миниатюрную синеглазую брюнетку, нетерпеливо пританцовывающую на месте. Вылитая моя Ленка. Любительница тусовок и походов по магазинам. Эта хоть мне своих приятелей не сватает. Так что с ее бурной энергией я научилась мириться.
— Ладно, пошли. А то и правда стыдно будет.
Вихрем промчались по пустым коридорам, ошеломили налетом кабинет Учителя, ограбив его на часть сохраненных для меня денег, пока не опомнился. И на выходе нос к носу столкнулись с Ветром. Грустно вздохнув, — обломался нам побег — повернулась к Целесте.
— Облом, Листик, влет словили.
— О чем это вы? — подозрительно нахмурился мужчина.
Брюнетка захихикала.
— Да мы тут решили быстренько сбегать в лавку, прикупить кое-чего, а то магистр Жива сегодня в молельне сбор назначила…
— В чем проблема? Я с вами схожу. В городе для вас небезопасно.
Невольно залюбовалась теплой улыбкой Ветра и пропустила момент, когда он взял меня под руку.
— А если мы белье пойдем примерять — ты тоже с нами? — поинтересовалась хихикающая девушка.
Он споткнулся, еще крепче сжав мою руку. Ох, а силушки-то прибавилось у него! За последнее время мы довольно мало общались — меня целиком поглотила библиотека и тайны энергопотоков, ему же доставалось на занятиях покрепче. Рысь вообще жаловался, что он себя загонял до полного изнеможения. И вот так почти весь последний месяц пролетел.
— Если будет нужно, — наконец нашелся мужчина. — Но, думаю, это не понадобится. Вы же не собираетесь явиться в молельню в одном белье?
Вот теперь хохотала я. Листик сморщилась, но тоже улыбнулась.
— Кстати, ты не слышал, нас когда на отдых отпустят?
— Говорят, через пару дней, не раньше.
— А чего так? Старшие-то все давно разъехались.
— Все молчат и делают страшные глаза. — Ветер пожал плечами. — Единственное, что удалось узнать — нас всех ждет какое-то важное испытание.
— Еще одно? — взвыла Целеста. — Мы же вроде все науки сдали!
Да уж, этой активной жизнерадостной девушке трудно высиживать на занятиях, зато работает с энергопотоками как обреченный трудоголик.
— Угу, заставят всех скопом читать все "Наставления" от корки до корки, стоя на коленях, — я хихикнула, — или вверх ногами. Тоже, говорят, думать помогает.
— А ты злая, Алиса.
— Я не злопамятная, я просто злая и у меня память хорошая, — вспомнила я расхожее выражение.
Спутники уставились на меня с подозрением. Угу, вот также они на меня все таращились, когда на магистра Живу ведро лягушек опрокинулось. Я честно призналась, что я бы выбрала что-нибудь помощнее — хотя бы ведро краски, за что пришлось отстоять на коленях в молельне добрых четыре часа.
Выбравшись с территории Дома, Листик уверенным шагом потащила Ветра, а вместе с ним и меня в сторону купеческого района, увешанных красочными вывесками домиков, где на первых этажах располагались всевозможные лавочки. В узкую, неприметную с виду дверку приятельница нас и потянула.
— Вот тут мы найдем все, что нужно! Я недавно сюда заглядывала, вся обзавидовалась.
Навстречу выкатился худенький сморщенный дядечка в возрасте, кудрявый, как овечка. Рубашка, брюки, жилетка и мерная лента на манер шарфика.
— Чем могу служить молодым господам?
