Эльфа и неизменно стоящий за её плечом Мамыкин смотрели на меня, вытаращив глаза.
— Ты не понимаешь… Это неприлично, чтобы леди сама работала.
— А тебе интересно, что думают о тебе эти высокомерные типы? Они уже считают тебя беспомощной уродкой с интеллектом ниже плинтуса. Куда уж хуже?! — грубость подействовала, на лице девушки появилось озадаченное выражение, а потом в глазах появился опасный блеск. Похоже, с Ари очень давно, а может, и вовсе никогда так не разговаривали.
— В мою комнату, — бросила она орку через плечо.
Через минуту я осталась одна, гипнотизируя взглядом незаконченную вышивку. Да уж, заварила я кашу. И вообще, кричу на девчонку, а сама-то? Я решительно встала и отправилась в библиотеку за учебником географии.
На следующее утро я спустилась в столовую последней — подобные знания никогда не давались мне легко. Кажется, я мужественно одолела страниц пятнадцать, после чего накрепко уснула. Зато теперь я любовалась потрясающей картинкой, стоя в дверях: Арика со сборником законов в левой руке задумчиво жевала салат, изредка морща носик от непонятных терминов. Лари подозрительно на неё косился, и несколько раз промазал мимо тарелки. А вот смотреть надо, куда вилкой тыкаешь!
Я потрясла головой, приводя мысли в порядок, и, как ни в чем не бывало, протопала к столу. И как у Лари с Карасаем получается так легко, невесомо ходить? После едких комментариев эльфы я казалась самой себе неповоротливым бегемотом.
Стоило опуститься на стул, как Лари нагнулся в мою сторону и прошептал:
— Что ты сделала с моей сестрой?!
Арика застыла, не донеся до рта вилку с салатом и наконец оторвав взгляд от законов.
— Нет, ну неужели ты не мог подобрать другие слова? — возмутилась она. — Я же теперь желание ей должна!
Лари с непониманием переводил взгляд с сестры на меня, а мы, дружно фыркнув, вернулись к завтраку.
Представление Роду назначили через неделю. Каждый день я старательно упражнялась в манерах, а в свободное время читала что-нибудь умное. В среду Арике привезли кресло-каталку. Вернее, поставленное на колеса кресло-переноску. Мастер загорелся идеей, и долго мучил меня и эльфу вопросами. А как мне такое пришло в голову? Каким образом лучше организовать съезды (ах, вы называете их пандусами? Интересно-интересно, так и запишем!). Нужны ли особые приспособления для прогулок вне дома? Достаточно ли удобно сидеть или поменять наклон спинки? Легко ли крутятся колеса, ослабить их или же подкрутить, чтобы на наклонах они не катились сами? Вскоре мастер сам понял, что перегибает палку назойливостью, и ушел. Но прежде пообещал зайти через неделю, чтобы получить отзыв и по необходимости доработать кресло. Со мной он попрощался особенно эмоционально, раскланялся, заверил в вечной дружбе и попросил, если вдруг меня осенят еще какие-нибудь интересные идеи, сразу обращаться к нему.
У Арики осталось два дня до встречи с Главой, чтобы опробовать новое средство передвижения. Было много неудобств: пороги, лестницы, неровные дорожки в саду, но эльфа упорно осваивала колеса и решила на встречу ехать сама, а не сидеть в очередной раз на руках у Мамыкина. Зеленокожий продемонстрировал новый талант, и за короткое время по всему дому и саду появились деревянные пандусы, а местами и перила — держась за них, удобнее «закатываться» на крутые склоны. А накануне мероприятия, которое уже стало вызывать у меня легкую нервозность, он отвел меня в сторонку после ужина. Арика укатила в сад, Лари удрал в кабинет и зарылся в бумаги. Мы с Мамыкиным стояли возле лестницы, и огромный, массивный страшный орк отчаянно смущался.
— Спасибо, — наконец, пробормотал он, теребя один из кожаных ремней, которые, казалось, и составляли основную его одежду — ткань за ними почти не проглядывала.
— За что? — удивилась я, пытаясь оторвать взгляд от мощных мышц, бугрящихся на плечах. А он ведь по-своему красив!
— За хозяйку, — промычал Мамыкин, и, видя что я не понимаю, пояснил. — Она красивая. И умная. Теперь много учит. И тренирует силу сейчас много, даже без пирожных. А вчера кидала нож в дерево во дворе. Нож кривой, и бросает неправильно, но я научу, — заверил меня орк. — Она теперь хочет жить. Спасибо.
На этом зеленокожий развернулся и поспешно ушел искать хозяйку, а я оторопело проводила взглядом его спину.
