– Ты не обижайся на неё, – как-то грустно продолжил Лари. – Она не всегда была… такой. Она раньше была не только красивой, но и умела улыбаться и радоваться, была очень доброй. У неё светлая душа, только она об этом всё больше забывает. Я… я не знаю, чем помочь ей.
– А как она пострадала? – я тоже отложила вилку. Похоже, этому дико-розовому овощному блюду суждено остаться недоеденным.
– Неудачное заклинание, – пожал плечами Лари, промакивая губы салфеткой. – Мы с ней ставили эксперимент по взаимодействию двух разнополярных заклинаний, это должно было стать темой её выпускной работы в академии. Но защитный контур не выдержал, и сила вырвалась из круга. Но тебе, наверное, подробности мало о чём скажут, поэтому не буду занудствовать описанием формул и расчётов, – криво улыбнулся эльф.
Ну да, ему сложно об этом говорить, а я только разбередила старые раны. Выходит, случившееся с сестрой – отчасти и его вина. И наверняка он много раз думал, как такое могло произойти и как это исправить.
– А как же лекари? Я всегда считала, что магией можно вылечить всё, – я на автомате комкала салфетку, пока подошедший Карасай не отнял её у меня.
– Как тебе объяснить… В вашем мире есть такое понятие, как аура? – я утвердительно кивнула. Лари считал, что управляющий безгранично верен ему и его семье, а потому подобные разговоры мы спокойно вели при Карасае. Малыш не возмущался, а его мнению я привыкла доверять.
– Так вот, в ауре любого существа хранится вся информация о здоровье, моральном и физическом, – продолжил Лари. – Когда существо просто ранено – порезался, сломал ногу, поймал стрелу в спину, – то в ауре всё равно остаётся запись о том, как всё должно быть в здоровом состоянии. Маги просто считывают эту информацию и немного ускоряют процесс заживления, опираясь на то, как должно быть. Но если рана магическая, – посмурнел Лари, – то страдает сама аура. Тело уже не знает, каким ему положено быть, и маги тут ничем помочь не могут. Обычно они останавливают процесс разрушения ауры, и тело застывает в том состоянии, в какое успело прийти к тому моменту. Но как обратить это вспять, никому не известно, – хмуро закончил приятель.
Он извинился, что опять оставляет меня одну, и ушёл, сославшись на дела. Я хмуро поковыряла в тарелке, поняла, что аппетит пропал совсем, и отправилась в библиотеку.
Я пока не была готова читать заумные книги по теории магии, над учебниками по истории и энциклопедиями трав засыпала, а слёзные дамские романы меня сейчас не интересовали. Тут бы со своей жизнью разобраться, прежде чем в чужую лезть!
Выход нашелся случайно, когда я наткнулась на книгу детских сказок. Они совсем не были похожи на земные, про Красную шапочку и Спящую Красавицу здесь никогда не слышали. Зато были сказания о легендарных эльфах, которые снимали заклятия и варили зелья, спасали драконов и возводили стены из живых деревьев, умели договариваться с реками и заговаривать дожди.
Не всё мне было понятно, что-то вызывало недоумение, но я здраво рассудила, что если на этих историях выросло не одно поколение эльфов, я смогу лучше понять их расу. Надо будет потом достать человеческие сказки и легенды.
Я как раз начала второй томик, как в библиотеку внесли хозяйку. Похоже, ей скучно всё время сидеть в комнате, вот она и ищет моего общества по всему дому. Где бы я не устраивалась, через какое-то время объявлялась эльфа со своим неизменным спутником. Зеленокожий верзила не выглядел хорошим собеседником, общаться с прислугой ей не положено по статусу, брата вечно где-то носит, вот красотка и изнывает от одиночества.
– О, вижу, ты опять читаешь детские сказки? – с издёвкой спросила эльфийка.
– А почему ты никогда не спускаешься в столовую, поесть со всеми? – со вздохом отложила я книгу.
Там только началось про странных фиолетовых зверушек, напоминающих жаб-переростков. Я уже всю голову сломала, как Ленинид Находчивый смог их одолеть, если они имунны к магии, а у него с собой ничего из оружия нет?
– Зачем, – пожала изящными плечиками красотка. – Только аппетит всем портить. Мне же ничего, кроме овощей нельзя. Ну, иногда ещё фруктами на десерт балуют, – украдкой вздохнула эльфийка и принялась задумчиво листать какую-то книгу, услужливо поданную зеленокожим.
– Почему? – ой, ну что за глупый вопрос! Кто меня за язык тянул!
– Так растолстею, – с наивной прямотой заявила эльфа. – А кресла-переноски для полных не делают.
– А разве у вас нет кресел-каталок? И ты что это, уже много лет не ешь ничего сладкого? – с ужасом истинного сладкоежки в голосе поинтересовалась я.
– Лет тридцать, – опять равнодушно пожала плечами эльфа.
У меня же в голове мысли устроили бешеные скачки. Я ещё ни от кого здесь не слышала, что бы кто-то, кроме воинов, занимался физическими упражнениями. И мне очень хочется подружиться с эльфийкой, потому что это было бы приятно её брату, а он мой друг. И хочется как-то их помирить, а то смотрят друг на друга безнадёжно-кисло.
