Значит, «дядя Яша» всё же встал к стенке. Или встанет в ближайшее время, оттуда, куда его забрали, мало кто выходит живым, а уж люди с его «заслугами» - так тем паче. Судьбу обмануть не удалось – то ли мои предупреждения не сработали, то ли они вообще не могли ничего изменить, поскольку решение было принято заранее, а бежать прямо отсюда, из Харькова, за границу он отказался. И ничего уже не изменить, разве что – повторить ещё раз про себя те гумилёвские строки…
Он и был такой – сильный, весёлый и злой, неисправимый авантюрист… и такой же неисправимый романтик, что бы там про него не писали и не болтали. И сейчас - только сейчас! - мне по-настоящему стало его жаль.
Взмах прутика – новая гроздь колючих шариков отлетела в сторону. Я проводил её взглядом, отшвырнул свою «саблю», повернулся на каблуках и пошёл к «особому корпусу».
Надо было жить дальше.
