Наше везение закончилось, когда до конечной точки маршрута оставалось от силы, полчаса лёту. Густая полоса тумана, лёгшая на горы, плоды встречи тёплых масс воздуха, пришедших от Средиземного моря, и отголосков арктического циклона, зародившегося где-то над Исландией. Нет ничего проще, чем набрать лишние тысячу метров, где солнце, бледно-голубое декабрьское небо и лесистые вершины гор то тут, то там высятся над молочно-белой сплошной пеленой. Но нам-то нужно туда, вниз, чтобы сориентироваться по изгибам ущелий,редким разбросанным по склонам селениям, да дорогам, отлично видимым на карте… но не отсюда, сверху. Уровень бензина в стеклянной трубке топливомера медленно, но неуклонно ползёт вниз, а вместе с ним мрачнеет на глазах Риенцо — «Ещё час-другой покружим вот так, сеньоре Алексис, и надо будет садиться, доливать бензин в баки. Если хотите найти ваш треклятый замок — надо поворачивать на север, туманная полоса не может тянуться далеко. Отыщем какое ни то озерко, сядем, дозаправимся, сориентируемся, и уж тогда…
План был неплох, если бы не одно «но» — ночные попытки обнаружить озеро Гросер-Альпзе неизбежно приведут лишь к пустой тратой горючего; нового взять неоткуда, а значит — либо плюнуть на поиски и лететь на север, к Балтике, либо поворачивать на запад, в сторону Испании. В любом случае, о надежде отыскать замок Либенфельса можно будет забыть, и надолго.
Я переглянулся с Марио — он едва заметно пожал плечами. Взгляды на Марка и Татьяну — реакция та же. Всё ясно, решать в любом случае придётся мне…
В пилотской кабине нас набилось пятеро, не считая пилота. Из пассажирских поплавков сюда вели узкие, застеклённые с одной стороны коридорчики, где можно было перемещаться, лишь согнувшись в три погибели. Оттуда открывался роскошный вид вперёд, по курсу гидроплана — жаль, сейчас нам не до созерцания красот Баварских Альп. Да и туман, будь он неладен…
— Тань… — я посмотрел на нашу спутницу. — Не можешь попробовать? Ну, со своими прутиками? Похоже, других вариантов у нас не остаётся.
— С ума сошёл? — она сделала большие глаза, а для убедительности ещё и покрутила пальцем у виска. — да у меня получалось, самое большее, метрах на двадцати-тридцати, а тут… и речи быть не может! И вообще, что мне искать? Замок и озеро? Так их тут, судя по карте, как блох на барбоске…
— Ищи книгу. — сказал Марк.- Ты ведь держала в руках пергамент, а он как бы её часть. Даже я ощутил его особенную ауру, а ты уж тем более должна её чувствовать. Такая… чёрная и колючая, помнишь?
— А что, это мысль! — я приободрился. Молодчина всё-таки, здорово соображает... — Ты нам хотя бы направление укажи, в общих чертах, а дальше пойдём по азимуту…
— .. а ты сможешь фиксировать усиление ауры. — поддакнул Марк. — Давай, пробуй, что мы теряем?
— Аура… — Татьяна с сомнением покачала головой. — Я её видела, конечно, но немного по-другому, и не запомнила…
— Так мы сейчас напомним! Марк, тащи сюда пергамент.
— Прямо сейчас? — Татьяна неуверенно посмотрела на меня, на Марка, потом снова на меня.
— А чего тянуть? Только топливо впустую жжём! Давай так — полчаса тебе на все попытки, а если не получится — что ж, придётся. Как предлагает Джино, уходить на север. Честно говоря — не хотелось бы…
— Ладно. — Татьяна, решившись, тряхнула головой. — Только все, кроме тебя, Лёшка, и пилота, пусть покинут кабину. Отвлекают.
— Как скажешь! — торопливо ответил я. — Вот, кофе глотни из термоса, он ещё тёплый. Марк, нам долго ждать? Волоки пергамент, кому сказано!
Она посмотрела мне прямо в глаза.
— Можешь взять меня за руку? Я понимаю, на тренировках это не очень-то помогало, но сейчас у меня такое чувство, что это обязательно подействует.
— Конечно, Танюш… — я улыбнулся ей, как мог, ласково. — Всё сделаю, как скажешь, моя хорошая...
— Только держи немного выше запястья, и не сжимай, а то помешаешь «искалке». И… кажется, кто-то обещал кофе?
— Штурвал на себя, сеньоре Алексис! Помогайте!
