Хранитель полностью

— Мрррр! — Слегка недовольный Искра оставил свою игрушку и подошел к сумке, которая всё так же служила переноской для молодого создания всякий раз, когда мы куда-то выходили. Стоя рядом со временным местом своего обитания, мелкий меховой клубок неодобрительно посмотрел на меня и муркнул, что-то из серии «Ну и чего ты ждёшь, если отвлек меня от охоты, неси уж тогда на прогулку.»

— Вот умник. — Подхватив за ручку спортивку, на миг задержавшись, давая мелкому забраться внутрь, я вышел на улицу.

Описывать романтическую прогулку и целовашки, равно как и последовавшую за этим половину ночи, не стану. За этим надо не наблюдать или слушать, а участвовать. Так что сами можете повторить променад со своими вторыми половинками. Вот проверьте и подтвердите, что даже в полуночный час, возвращаясь домой, нельзя в такие моменты предаваться унынию. Просто не получится, ибо даже ночные фонари игриво подмигивают счастливцу.

То то и оно, что заходя в родной подъезд в весьма приподнятом настроении, и обнаружив отключенный лифт, я ничуть не расстроился.

— Хорошо, что не на сотом живём, можно и пройтись. Правда малыш? — Щекоча усевшегося на плечо малыша, сказал я и направился покорять ступени к своему приватному царству из одной комнаты.

Расслабленное довольство удачного дня, сыграло со мной дурную шутку, так как на уровне пятого этажа, я ощутил дуновение злобы от эмпатии, но не придал этому значения, позволив прилетевшей из темноты дубинке, отправить меня в короткий полёт на пол и выключить сознание. Ночная встреча на пороге дома стала малоприятным сюрпризом.

Когда мозги немного прояснились и извилины перестали гудеть уподобляясь ЛЭП в ненастную погоду, я смог с трудом разлепить глаза и в серой хмари, непонятному человеческому контуру проблеял:

— Что происходит? — Контур склонился ко мне и из расплывающегося марева выкристаллизовалось морда бывшего сотрудника. Тварь.

— Ну что ты Сашенька, со старыми товарищами контакты не держишь? Кто ж так некрасиво с коллективом прощается? — Явно глумясь, поигрывал битой боров.

— Тварь. — Озвучил я свою мысль вслух, за что получил ногой по рёбрам.

— Не надо меня злить, у нас и так полночи на интимную беседу есть. Надо же учить манерам таких сопляков как ты. А насчёт видеонаблюдения не переживай. Спасибо тебе, научил уму-разуму моего племяша, он позаботился о нашей приватности. Вот сейчас с минуты на минуту придёт, и мы продолжим. Ты полежи пока. — Слушать этого угрёбка не было никакого смысла, перекатываясь и постанывая я пытался унять трещащий грозовыми раскатами череп и хоть на чём-нибудь сфокусироваться.

Урод явно наслаждался своим голосом, а мне с трудом удавалось сохранить ускользающее сознание, а речи о том, чтобы активировать Исцеление, даже и не шло.

Момент, когда в моей голове, кроме жуткого желания отключиться от боли, родилось чужое присутствие, частично отбирающее контроль над телом, и наконец-то запускающим исцеление, я осознал весьма чётко. В один миг доставшуюся дозу боли со мной разделил кто-то ещё, перенимая на себя страдания и чувства, и делясь в ответ злобным спокойствием. Мой хранитель посчитал уместным вмешаться, а я оказался недостаточно сильным, чтобы стать вровень, а потому отступил, оставляя тело на попечении чужака.

Первым делом позаботившись о безопасности оболочки, монах активировал исцеление. Не заметить в мгле подъезда искорки магии мудак не мог, но пока он слегка растерялся, я смог шепнуть:

— Искра, помогай. — Моим голосом распорядилось тело, и тут же активировало бестелесность.

Идея оказалась на редкость удачной, так как мститель поруганной чести уловил изменение реальности и соотношение ролей в пьесе и не смог придумать ничего лучше, чем вытащив из-за пазухи ствол, начать стрелять в пугающую искрами магии аномалию.

Исцеление немного привело тело и восприятие в норму, а нематериальность позволила полностью проигнорировать стрельбу, так что уже через секунду моё тело ловким движением извлекло из инвентаря единственное на данный момент оружие, скальпель, и повернулось к уроду.

— Кто ты. — Не на шутку перепуганный дядя не прекращал жать на гашетку пистолета, щёлкающего пустой обоймой. — Не приближайся ко мне!!!

Спикировавший мне на плечо Искра в форме грифона, дал понять, что мы уже окончательно уединились в мире духов и вполне можно начать месть.

Резко сократив разделяющее нас расстояние, моё тело взмахивает по диагонали скальпелем. Казалось, что урод смог уклониться от лезвия, так легко, не находя ни грамма сопротивления, пронесся в воздухе скальпель, но это только в первый миг. Буквально в следующий, подставленная рука вспухла кровавым разрезом, а на пол упали пальцы с удерживаемой битой, выставленной в защитном жесте.

Коридор наполнился свиным визгом. Противный голос упавшего на ступеньки мужика, резанул по нервам, разрывая пелену отупляющего безразличия, но не давая возможности вернуть управление себе.