Я развернулась и пошла прочь. Это чужой праздник, и не мое дело в него вмешиваться. Пусть будут счастливы! К тому же, это совершенно не мой тип мужчины, я бы никогда в такого не влюбилась! Тея бросилась за мной и схватила за руку:
– Вера, стой! Все совсем не так, как ты видишь!
Но я вырвалась и пошла дальше. Мы долго шли с ней по ночной улице физической, самой земной Земли. Над нами светили звезды – те, к которым я привыкла с детства. На улице стояла поздняя осень, листья облетали с деревьев, но непривычно не хрустели под ногами. Я с грустью подумала, что совсем не заметила, как эта осень пришла – авария случилась летом. Холода не чувствовалось, вообще ничего не чувствовалось. Теперь я верила, что я – всего лишь призрак в этом мире. Я повернулась к Тее и спросила:
– Почему так все несправедливо в этом мире? Почему одним все, а другим ничего? Почему кому-то счастье, а кто-то застрял между миров, не являясь толком гражданином ни одного из них?
Тея сочувственно на меня посмотрела:
– Я бы могла сказать тебе, что просто так ничего не бывает, и ты уже это знаешь, но я тебе скажу: все не так, как кажется.
– А как?
– То, что ты сейчас видела, к сожалению, только иллюзия счастья. Они будут счастливы всего несколько месяцев, всю оставшуюся жизнь они будут страдать.
– Но почему?
– Это не та женщина, с которой он по-настоящему сможет обрести счастье.
– Но сейчас они смотрятся очень даже гармонично. Он не отпускает ее ни на шаг, все время ручку держит и в ушко целует.
– Не более, чем гормоны.
– Но почему тогда он должен быть рабом этих гормонов всю жизнь?
– Она родит ему ребенка, и он не сможет ее бросить.
– Неужели ничего нельзя сделать, пока еще не поздно?
– Сложно сказать. Что, например?
– Ну, поговорить с ним.
– Во-первых, он даже бы слушать не стал. Во-вторых, ты забыла, что ты сейчас для него только призрак?
– Есть и для призраков способы, насколько мне известно.
– Какие, например? Явиться ему ночью во тьме?
И мы с Теей расхохотались, словно добрые старые подруги. Отсмеявшись, Тея вдруг сказала серьезно:
– А ведь ты права! Есть один способ. Надо только, чтобы нам на него дали разрешение.
Тея взяла меня за руку, и мы покинули Землю.
Мы оказались в просторной комнате – гостиной, судя по всему, обставленной скромно, но со вкусом: диванчик, несколько кресел, овальный деревянный стол, стеллажи с книгами вдоль стен, ореховое пианино, картины с пейзажами и цветами на стенах. Мне очень понравилась обстановка, и я сгорала от любопытства узнать, кто же здесь живет. Тея, как всегда, прочитала мои мысли:
– Это мой дом. Я не сразу его заработала, первые восемь лет жила у бабушки.
– Здесь очень мило!
Я подошла к одной из работ на стене: это был пейзаж, вид на море моего города. Краски очень яркие, я так и не смогла определить, какие, и очень тонкая проработка, вплоть до мельчайших деталей. Я очень удивилась. Тея опять опередила мой вопрос:
– Да, это мои работы. Я снова начала рисовать, когда поселилась в этом мире.
– У тебя очень хорошо получается!
– Здесь легче реализовывать творческие идеи, чем не Земле, нет многих физических ограничений, да и материалы, палитра лучше, получается намного точнее передать замысел.
– Здесь ты смогла по-настоящему реализоваться!
– Да, но, говорят, настоящий рай для художников – это ментальный план, мир идей. Там не нужны кисточки и краски, художник творит одной только мыслью. Я еще не доросла до такого, только учусь.
Рассматривая обстановку дома Теи, я вдруг почувствовала, как на меня навалилась усталость. Тея, опять очень быстро уловив, что со мной происходит, мягко уложила меня на диван, дала выпить стакан какого-то изумительного на вкус освежающего напитка и накрыла пледом:
– Я и забыла совсем, что тебе-то нужно отдыхать, пока ты не одна из нас. Поспи немного, а я попробую устроить наше дело.
Мои веки отяжелели, я закрыла глаза и моментально погрузилась в глубокий сон.
Я проснулась и долго не могла понять, где я. Оглядев внимательно комнату, вспомнила, что нахожусь в гостях у Теи. Я вспомнила про Тею и про папу, и почти в тоже момент они вошли в гостиную с каким-то высоким человеком в светлых одеждах, удивительно красивой наружности. От него буквально струился свет.
Тея улыбнулась, пожелала мне доброго утра и тут же представила мне его:
– Знакомься, это Орис, наш наставник, я тебе о нем рассказывала.
Орис протянул мне руку, от него исходило тепло, необычайное спокойствие и неописуемая любовь. Я склонила голову, не зная, как еще выразить почтение такому высокому существу. Он мягко произнес:
– Здравствуй, Вера!
– Здравствуйте!
Я неуверенно подняла голову, он смотрел мне в глаза, вернее, в самую глубину моей души, и я понимала, что он, пожалуй, знает меня лучше, чем я сама. Тем не менее, он спросил:
– Мне сказали, ты хочешь попросить о помощи?
– Да…
