Удильщиком же оказался израненный медведь, высотою в три метра и с кристаллическим деревом на лбу. Ну прямо как мой первый удильщик. Слабак, в общем.
Броневик же, судя по дыму, скоро сдохнет. Двигатель помирает. Возможно, его энтропией шарахнули сильно. Он нёсся меж гнилых деревьев, а медведь сносил их. И тут подъехали мы да дали хороший залп из турели.
По моему приказу, Костя с Викой, сидя в турелях, били по ноге твари, и Удильщик рухнул да покатился. Отлично.
— Близко не подъезжайте! — крикнул я и, выскочив из машины, имея в руках топор и меч, а также пояс с гранатами, побежал к твари.
Удильщик подёргался и попытался подняться, а броневик поехал дальше. Думаю, если они остановятся, то машина заглохнет. Так что пусть едут.
— Ра-а-а-а! — взревел медведь, глядя на свою цель, а затем повернул голову ко мне, за что получил топором по носу.
Я отскочил назад, а монстр прорычал и попытался меня сожрать. За что получил залпом из турелей Зари. Они стреляли по морде чудовища и поразили его глаза. Всё же я специально заставил монстра так упасть, чтобы он смотрел на кабину машины.
И когда медведь взревел от боли, я рванул вперёд да ударил топором по шее. Хлынула кровь, но я продолжил бить, пока тварь не попыталась меня проглотить. И зря он так, ведь в открытую пасть влетела граната…
Она взорвалась в горле твари, но не убила. Зато мне хватило времени, чтобы вонзить меч в раненый глаз и пнуть железяку, продавливая её по самую рукоять.
Медведь рухнул, а Демон радостно утащил душу. Вот только меч жалко, я его выдернул, а там лишь рукоять… Всё остальное лопнуло. Благо, это меч универа, а не мой фальшион.
Забравшись на тварь, срубил кристаллическое дерево. Но прямо под корень, и спрыгнул, а там и Заря подъехала.
— Цепляем его. Трупы удильщиков дорого стоят! — удивил я всех, и мы его подцепили да поехали. Но медленно… Тяжёлый гад. Однако наша машина и не такое может утащить.
— Капец, удильщика завалили… — поражалась Вика, сидевшая за рулём.
— Мечом в глаз его ещё никто не убивал, — добавила Настя в кресле Техника-2 и кинула на меня взгляд. А я сидел на кресле Штурмана. — Эффективно.
А я покачал головой.
— Нечем больше было убивать. Разве что весь боезапас истратить. Бронебойных-то у нас не осталось.
— А чем ты убил удильщиков в том городе? — поинтересовалась Настя.
— Примерно также.
— Так и думала. И мы ведь отметим это? — она стрельнула в меня голодным взглядом, а я расхохотался.
— Конечно! Прямо сейчас и начну готовить. Ехать ведь нам чертовски долго.
И да, с медведем не поездишь на больших скоростях. А ещё вскоре мы взяли на буксир броневик. Да, и медведя, и броневик тащили.
Ребята же, которые нарвались на Удильщика, отделались лишь лёгким испугом. Но не буду о них, а буду об ужине. Я сделал мясные рулеты, тефтельки в томатном соусе, а также два гарнира. Пюре и пасту с сыром.
А после еды я пошёл спать! На полу… В кровати-то я не умещаюсь… И то спал боком, дабы по мне не ходили. Вот она, жизнь половая…
Но я себе спальный мешок купил как раз для такого случая, так что всё не так уж и плохо. Проснулся я уже в лагере. Точнее, меня разбудили методом «наступить и раздавить».
Фомина спросонья забыла про меня и едва сама чуть не убилась. Теперь с шишкой на лбу…
Отпустил людей идти домой и повелел затопить баню, я же вошёл в особняк и сразу поспешил в кабинет усатого, где и застал следователя из Екатеринбурга.
Он прилетел ещё утром на вертолёте с группой людей, которые и занялись расследованием. Так что я дал показания, и мы немного поговорили. Ну и мне задали вполне очевидный вопрос.
— Как я узнал? Никак. Я взял, как говорится «на понт». Просто увидел подозрительного мужчину, выходящего из леса, и чуйка меня не подвела, — отвечал я следователю. Весьма молодому, кстати, лет тридцать всего.
Стройный, высокий и статный. Аристократ, наверное. И, скорее всего, из Новых и «низший». Барон, если точнее.
— Удивительная чуйка, — удивлялся тот. Он сидел на диване у стены, усатый на своём кресле за столом, а я со следователем на диване.
— Ничего удивительного. Я рос в трущобах Нефтянска и таких личностей повидал сполна.
— Похитителей?
— Убийц, маньяков, педофилов, похитителей, работорговцев и прочего говна в людском обличье.
— А что за «демон, который сожрёт его душу»? — спросил меня мужчина.
— Особое средство, вызывающее галлюцинации, — спокойно ответил я, и те приподняли брови. — Нет, это не наркотики, а результат передозировки семейным лекарством для заживления ран.
— Мы ничего не обнаружили в его крови, — заявил следователь.
— И не нашли бы, — я улыбнулся, но в полу оскале. — Вы забываете, из какого я рода? Древовы — это древний род магов природы.
— Знаю, но вы ведь… сирота?
— Сирота. И что?
— Нет… ничего, прошу прощения за вопрос…
Я кивнул, а следователь задал ещё несколько вопросов, после чего я сам завалил его вопросами по делу. И выяснил немало неприятных подробностей.
Банду, которой продавали детей, пока не поймали, но готовят операцию. Мол, поймают «на месте преступления». Так что меня просили не распространяться об этом.
