Мир, переживший ужасы ядерной войны. Возрожденная цивилизация посреди уцелевшей Сибири с частыми конфликтами за ресурсы и земли между бывшими военными, торговыми кланами, бандитами, мутантами и коренными жителями, вспомнившими свою былую гордость. Легенда одного из сохранившихся племен гласит, что дух-защитник, спящий в золотом амулете – подарке древнего бога, в темные года отыщет нового хранителя и дарует невиданное могущество. Легендарный амулет попадает к случайной компании из наемника, бандита, дочери богатого торговца и охотника за головами. Героев затягивает в водоворот приключений, где каждым движет своя цель – деньги, любовь, могущество или же просто жизнь.
Часть 1
Снежные Псы
Глава 1
Знакомство
Монотонный рев двигателя постепенно усыплял меня. Может, еще сказывалась усталость затекшего тела, сидящего неподвижно длительное время. Да и вездеход так равномерно раскачивался из стороны в сторону, словно лодка на волнах реки. Только на реке почему-то тошнит, а на дороге всегда хочется спать.
Глаза мои сомкнулись, и я провалился в сладкую дремоту, но вдруг вездеход так сильно тряхнуло на ухабе, что пассажиры подскочили над сиденьями. Пару секунд все удивленно смотрели друг на друга, словно спрашивая “что случилось?”. Однако потом, когда дремота рассеялась, а мерное покачивание продолжилось, люди удобней расположились на своих местах и перестали обращать на соседей внимание.
Наше путешествие длилось несколько часов, но никто из пассажиров не перебросился и словом, не говоря уже о том, чтобы познакомиться. Однако этого времени было более чем достаточно, чтобы узнать об этих людях максимум возможного по их одежде, жестам, взглядам и, наконец, по их оружию, торчащему из одежды или кобуры. Весь мой интерес сводился к одному – насколько мои попутчики опасны для меня и насколько они опасны для моих будущих врагов, в наличии коих я не сомневался ни минуты – ведь маршрут проходил по одному из опаснейших мест Содружества Независимых Городов.
Всего пассажиров было четверо, включая меня. Сидели все спинами к бортам, по двое с каждой стороны. Видимо так было задумано создателями салона, чтобы незнакомые люди видели друг друга, и никто не сидел бы к другому спиной. Я, кстати, расположился возле кабины, и не просто так – справа от меня находилось небольшое окошко, приспособленное для связи с экипажем.
Напротив меня сидела весьма симпатичная особа двадцати с небольшим лет. У нее были темные непослушные волосы, собранные сзади в короткий озорной хвостик; несколько выбившихся прядей прикрывали большие выразительные глаза небесного цвета, словно хотели их спрятать. Уголки опущенных чувственных губ выражали явную грусть. А то, как девушка задумчиво смотрела в сторону, не замечая ничего кроме своих тяжелых мыслей, говорило о том, что в ее жизни случилась какая-то беда. Попутчица куталась в роскошную черную шубу (в салоне было довольно прохладно), на шее вился черный шарф тонкой вязки, а в руках она теребила перчатки и шапочку одного с шарфом материала. Я невольно залюбовался девушкой, прекрасной даже в печали, но вскоре заставил оторвать от нее свои глаза, думая, что меня сейчас должно интересовать, насколько она может быть опасной. На первый взгляд девушка казалась вполне безобидной, даже оружия при ней видно не было, но шестое чувство подсказывало, что под пушистым мехом этой милой зверушки скрываются очень острые коготки, может быть даже отравленные.
Справа от Котенка – так я ее про себя окрестил, развалился очень наглый молодой человек не более семнадцати лет. Наглость эта выражалась во всем – он полулежал на сидении, закинув ногу на ногу, и неприкрыто глазел на девушку своими наглыми темными глазами с узким разрезом. А когда девушка бросала на него ответный взгляд полный безразличия, то парень ехидно ухмылялся и отбрасывал рукой в кожаной перчатке черные, лоснящиеся от грязи патлы с лица. Из-под расстегнутой дубленки-косухи, украшенной множеством цепей и заклепок, нагло торчала кобура с рукоятью, если не ошибаюсь, редкого и очень дорогого пистолета-пулемета с безгильзовыми патронами “Хеклер-Кох Г211”. И даже на бледноватом лице паренька открыто и нагло рисовалась татуировка одной из городских банд. “Хорьки” называлась его уличная банда, судя по наколотому силуэту хорька на правой щеке. Несмотря на смешное название – эта банда успешно контролировала несколько крупных районов города, хоть и состояли там, в основном, такие вот сопляки, как этот. Я так и назвал его – Хорек, раз он единственный здесь представитель одноименной банды. К нему отлично подходит это прозвище – мелкий агрессивный с виду хищник, который при серьезной опасности бросится наутек.
