Хранитель лаванды полностью

– В чем же дело, Лизетта? – спросил он.

У нее не было времени хорошенько раздразнить его. Над столиком повисла напряженная тишина. Килиан с Лизеттой пристально смотрели друг на друга. Девушка растерялась, не зная, что сказать.

– Полковник Килиан, простите, что прерываю.

Напряжение исчезло. Оба заморгали, перевели дыхание.

– Да?

Килиан отвел глаза, повернулся к нависшему над столиком метрдотелю.

– Прошу прощения, – произнес тот на безупречном немецком. – Ваш водитель прибыл. Вы велели ему вернуться в девять.

– Велел. Передайте ему, пусть подождет, – отрывисто произнес Килиан, с трудом сдерживаясь, чтобы не рявкнуть.

– Да, полковник.

–  Merci , – поблагодарила Лизетта. Ее учили вести себя со всеми любезно и дружески. Никогда не знаешь, чья помощь тебе пригодится. Вдобавок никогда не вредно лишний раз продемонстрировать хорошие манеры. – Великолепный ужин. Кролик – точь-в-точь, как готовила моя бабушка, – соврала она.

Метрдотель поклонился.

– Благодарю, mademoiselle . Я передам ваш отзыв поварам.

Под учтивой улыбкой девушка разглядела, что он и вправду польщен. Взгляд Килиана смягчился.

– Вы так легко переходите с одного языка на другой – просто завораживает. Это еще одна причина, почему вы мне нужны, Лизетта. Вы говорите в нужное время на нужном языке.

– Еще одна причина? А первая?

– Об этом вам придется догадаться самостоятельно. Так вот, я хочу, чтобы вы всерьез задумались о работе со мной.

– Вы же меня едва знаете.

– Я знаю, что могу вам доверять.

Она сглотнула.

– А другим?

Он грустно улыбнулся.

– Я же говорил вам, что не числюсь в фаворитах у Берлина.

– Но вы – верный сын Германии.

– В том-то и беда. – Он понизил голос. – Я и в самом деле верный сын Германии, но отнюдь не верный член нацистской партии.

– А разве это не одно и то же? – с напускной наивностью поинтересовалась Лизетта.

Килиан сдавленно рассмеялся и покачал головой.

– Увы, нет. Многие немецкие офицеры не разделяют идеологии фюрера.

– Почему же тогда…

– Почему мы выполняем приказы? Потому что многие, кто стоит у власти – хорошие люди. Во времена Веймарской республики у них не было бы ни малейшего шанса. Гитлер выдвинул их, дал им положение, возможности. Это обоюдоострое лезвие. Правильные люди на правильных местах…

– Под руководством плохого вождя? – тихонько спросила Лизетта.

Килиан нахмурился, лицо его омрачилось.

– Я готов умереть за свою страну. Надеюсь, история докажет, что вермахтом командуют достойные офицеры, честно исполняющие приказы. Те из нас, кто проявил неповиновение, сделали это ради других.

В голосе его звучали тоска и отчаяние.

– Маркус… – прошептала Лизетта.

Он поднял голову. Глаза его блестели в свете свечей.

– Не обращайте внимания. Вкусный ужин, вино и сочувственный слушатель развязали мне язык. Я и так уже наговорил лишнего. Пойдемте же, – сказал он, вставая. – Это неподходящая беседа для прелестной девушки в день ее рождения. Могу ли предложить вам что-нибудь еще?

Лизетта покачала головой и улыбнулась, втайне досадуя, что многообещающий момент упущен. Возможно, Килиан никогда больше не заговорит настолько откровенно. А ему наверняка есть что сказать. Быть может, Маркус созрел для вербовки… и она станет его связной, а не приставленной к нему шпионкой. Намекнуть ли ему? Нет! Сперва надо послать отчет в Лондон – пусть решение исходит оттуда. Девушка еще не успела собраться с мыслями, как Маркус снова обратился к ней.

– Я слишком долго наслаждаюсь вашим обществом. Не хочу навлекать на себя гнев Вальтера.

Поднявшись, Лизетта позволила ему накинуть невесомую шаль себе на плечи.

– Будьте любезны, передайте моему шоферу, чтобы он включил обогреватель в машине для mademoiselle , – велел Килиан бесшумно подошедшему метрдотелю.

– Слушаюсь, полковник.

Килиан проводил ее через богато украшенный фресками зал в розовых и золотых тонах.

– Вы проводите меня домой? – нерешительно спросила Лизетта.

– Пожалуй, вам не стоит часто появляться в обществе немецкого офицера.

– По-вашему, этот автомобиль невидимкой проскользнул по Монмартру? А капрал Фрайберг незаметно доставил мне вашу посылку среди бела дня?

Килиан помедлил в вестибюле.

– Вы правы. В следующий раз я что-нибудь придумаю.

В следующий раз.

– Вот что я вам скажу, – усмехнулся полковник. – Давайте прокатимся до моей гостиницы, а затем вас отвезут домой? Так мы сможем чуть дольше побыть вдвоем.

– Звучит заманчиво, – отозвалась Лизетта. Неужели она утратила контроль над ситуацией? Она-то надеялась, он предложит ей провести ночь вместе. Для такой, как она, ответить согласием было бы крайне трудно – но у Лизетты не было возможности соблюдать приличия. Не было времени бояться, что скажут соседи. Однако у Килиана был какой-то сдержанный, почти виноватый вид. Надо нажать.

– Умоляю вас, не думайте, будто вы что-то обязаны для меня делать. Вы подарили мне самый лучший день рождения – собственно, лучший с тех пор, как папа подарил мне пони. – На самом деле Лизетта никогда не ездила верхом. – Я буду дорожить воспоминаниями о сегодняшнем вечере, Маркус.

Он заглянул ей в лицо.