Следующий день начался не менее весело, чем кончился предыдущий, хорошо, что хоть более мирно. На нас, дремлющих на краю тропы, набрела целая толпа сарино.
Разбудило меня сначала встревоженное копошение Мглы, а потом звук разухабистых песен, доносящихся оттуда, куда нам предстояло ехать.
Буря затаилась в кустах, слившись с травой. Мы с Луньей переглянулись, и тут из-за поворота показалась причина переполоха.
Впереди шел наряженный в разноцветные одежды прекраснолицый музыкант, изо всех сил дующий в маленький рожок. Плечи его украшал бардовый плащ, расшитый по краю золотистыми кистями, больше всего похожий на занавеску. За музыкантом шли три приплясывающие девушки в длинных, сшитых из разноцветных лоскутков юбках, мелькали их босые ноги, украшенные нанизанными на нитку ягодами. И завершали процессию двое мужчин, волокущих большой бочонок, они-то и пели.
Музыкант, добравшись до нас, некоторое время маршировал на месте, изо всех сил дудя в свой сумасшедший рожок, раздувая щеки, пока не стал совсем багровый. Вздохнул, отняв инструмент от губ, и величественно кивнул своим сопровождающим.
- Поднесите им кружки! Пусть выпьют за прекрасного меня!
Сарино брякнули бочонок на землю, отцепили от крючков, прибитых к его бокам три посудины, поражающие своими размерами, и быстро нацедили в них чего-то. При этом взгляд у этой парочки оставался бездумно-счастливый, погруженный в себя. Впрочем, так выглядели почти все сарино после того, как к ним вернулся их настоящий облик.
Ошеломленные, мы и слова не успели сказать, как девушки подхватили кружки и торжественно их нам вручили. В нос шибанул запах знаменитого саринского самогона из еловых шишек.
- Пейте! - музыкант вновь задудел, притопывая ногой.
Наэлл тихонько покашлял.
- Ох и хочется кому-то перья из хвоста повыдергивать, - тихие слова гренна предназначались нам, но музыкант их тоже услышал.
Прекрасное лицо пошло пятнами, губы вытянулись в струнку.
- Ты оскорбил меня! Ослепительного!
- Ну и что?! - Наэлл вылили содержимое кружки на тропу и кинул посудину сарино у бочонка.
- Да ты знаешь с кем разговариваешь? Да ты должен склониться только при виде моей тени!
- Ну знаю, - гренн вызывающе посмотрел на сарино. - Потому и не склоняюсь.
А я тоже догадалась кто это и потому с интересом ожидала конца разговора.
- А знает ли Ослепительный с кем говорит он? Вдруг это ему придется склониться перед чьей-то тенью.
Не кто иной как божество сарино Яноранн презрительно фыркнул:
- Ну разве что это будет тень Пресветлого короля!
Меня охватило бесшабашное веселье, нос защекотал отголосок того смеха на поляне. Не выдержав, я хихикнула, за что заработала вызывающий взгляд Яноранна.
- Кланяйся давай.
Сарино недоуменно вскинул уши, глядя на меня, потом хмыкнул:
- Неужели он Пресветлый король?
- Нет. Но ведь Темная королева считается тенью Пресветлого короля. Так что кланяйся, - на лицо наползала глупая самодовольная улыбка, но я не могла с собой справиться.
Сарино, осознав мои слова, покидали все и бросились прочь по тропе, сверкая босыми пятками.
Наэлл рассмеялся.
- Какая ты грозная, однако.
- Да, я такая, - я встала и обошла вокруг повалившегося на бок бочонка. Он был хорошо закупорен, и поэтому оттуда не пролилось ни капли. - Я вовсе не хотела их пугать на самом деле. Я же не знала, что они вот так убегут.
- Не переживай, - гренн закинул седло на спину волка. - Они вернутся как только мы уйдем. Ведь это, если я не ошибаюсь, знаменитый бездонный бочонок Ослепительного.
Лунья оживилась.
- Неужели сказки не врут?! Неужели он и в самом деле бездонный?!
Бывший кот хихикнул.
- Я не проверял. Но говорят, что любой напиток, налитый в него, не кончается, пока не пожелает владелец.
У халль загорелись глаза.
- И не вздумай! Сарино довольно мстительный народ. Это нашу Синни они боятся до мокрых штанов, а с тобой церемониться не будут.
И мы все-таки тронулись с места, оставив добро сарино рассыпанным на тропе.
Наэлл подумал немного и выдал:
- Девушки, а куда мы все-таки едем? - гренн смотрел на нас с такой хитрой усмешечкой, что у меня сразу все кисточки на ушах стали дыбом, как перед грозой.
- К морю, - Лунья на всякий случай виновато прижала уши.
- А зачем мы едем к морю? - самодовольно улыбался кот, жмурясь на солнце.
- Чтобы попасть на остров с артефактом, - Лунья не понимала, чего хочет Наэлл.
- А как же мы сделаем это? Переплывем море вручную? - гренн лучился. Так не хотелось разрушать его хрупкое счастье.
- А что же ты предлагаешь?
- Конечно же ехать не прямо к морю, а на северо-восток, к устью Энгрикэ, туда, где находится единственный не островной город сегьё.
Я прикрыла глаза.
- Наэлл, я знаю расположение сигнальных маяков по всему побережью. Нам нужно просто выйти к ближайшему. Любой корабль сегьё, увидевший огонь на маяке, причалит и подберет нас.
Наэлл, так хотевший показать себя нужным, сник и молчал еще долго.
Все-таки путешествовать с Луньей - это нечто. Не прошло и трех дней, как халль вывела нас с тропы.
