Тео понял, что больше оставаться смысла нет, вернул ей перстень, пожелал успехов на поприще поиска родовитого жениха и уехал, чувствуя себя смертельно раненым. По дороге Тео остановился в каком-то придорожном кабаке — то ли ещё в Тилисе, то ли уже в Ситгаре, он не помнил, и начал самозабвенно заливать горе вином. Очнулся только дней через десять, когда кончились деньги, и его вежливо попросили на выход. На перекладных добрался до Арьена, где ему пара местных магов помогла с деньгами и транспортом. И вот он прибыл в Академию, несчастный и с разбитым сердцем. Ни Дилль, ни Илонна не нашли слов утешения для друга — словами тут не помочь, они просто продолжили общаться с Тео, как и раньше.
Но с тех пор полувампир очень изменился. Стал каким-то задумчивым и мрачным. С головой погрузился в учёбу, в результате за два года перепрыгнув все нормативы и успешно сдав экзамен на звание магистра. А мастер Фиррис в беседе с Диллем как-то заметил, что Тео стал фехтовать иначе: жёстко и даже жестоко. Дилль тоже отметил это, особенно когда Тео вызвал на дуэль один из бывших тилисцев. Противник Тео рассчитывал на магическую дуэль, но полувампир потребовал боя на мечах. В Академии такое допускалось, хотя и не приветствовалось. И первым же выпадом Тео убил своего противника, после чего спокойно отправился отбывать наказание, назначенное ему взбешённым мастером Мернаэлем. Зато после этого все академические насмешники даже посмотреть боялись в сторону полувампира.
И вот настал тот момент, когда прежний Тео, кажется, начал возвращаться к своим друзьям. В его кошачьих глазах снова появился блеск при виде красивых женщин, он начал ёрничать над Диллем, подшучивать над Илонной и даже несколько раз пытался поиграть с её чиалом, на что Шехан презрительно шипел и отмахивался хвостом. Да и учебные поединки с наставником больше не выглядели попыткой порезать мастера Фирриса на ленточки. В общем, жизнь Тео почти вернулась в прежнюю колею, вот только он уже не был адептом, живущим на всём готовом в Академии. Он получил грамоту, подтверждающую его звание магистра, а следом — мощный пинок от интендантства.
Мастер Харнор никогда не упускал возможности сэкономить, а потому, несмотря на свою вечную загруженность, нашёл время лично проведать новоиспечённого магистра и оповестить его, что отныне Тео полагается заработная плата, но также с этого момента он не имеет права жить за счёт Академии. Если хочет питаться в общей столовой, то придётся платить — не так много, как в городских тавернах, но всяко больше, чем в бытность свою адептом. Естественно, Тео не стал спорить с главным казначеем — это занятие бесполезное и даже небезопасное, и согласился на вычет из будущей зарплаты за питание в Академии. А потом ему пришлось озаботиться поисками собственного жилья. Впрочем, полувампир тут же нашёл в этом плюс: приводить девушек к себе теперь ему не запретит даже блюститель абсолютного порядка — склочный мастер Мернаэль.
В отличие от Тео, который с переходом на магистерскую ступень получил возможность планировать собственное время, Дилль был вынужден по-прежнему подчиняться жёсткому ученическому расписанию. И сейчас по этому самому расписанию у него было время физической подготовки.
Мастер Оквальд, давно оправившийся от тяжких ранений и которому врачеватели уже год как восстановили выбитый глаз, физподготовкой адептов больше не занимался, предпочитая перерабатывать теорию и практику боевых огненных заклятий с применением драконьей магии. Гроссмейстер Адельядо всецело одобрил это начинание — он считал, что Академия получит много новых ценных сведений, работая сразу с двумя адептами, владеющими драконьей магией. А поскольку Оквальд и без того был наставником Илонны, вся его деятельность сосредоточилась исключительно на вампирше. Впрочем, в этом Дилль недалеко ушёл от жены: его наставник — мастер Фиррис, ставший главным ужасом абсолютно всех адептов на почве физических мучений, был ничуть не лучше Оквальда. Скорее, гораздо хуже.
