– Маленький? – рассмеялся он. – Ты задела меня за живое. Сладкое для моей сладкой. Разве не умно придумано?
– А обычной коробки конфет недостаточно?
– Не для тебя. Это должен быть великолепный, соблазнительный, как грех, шоколад. Я представлял тебя с закрытыми глазами, с выражением неземного наслаждения на лице. Кроме того, не в моем духе посылать что-то банальное.
Он явно ее поддразнивал, и Сара улыбнулась:
– Ну да, я почти забыла. Плохие парни любя тратить большие деньги.
– У нас, плохих парней, все большое.
– Что ж, поверю на слово.
– Не стоит. Буду рад продемонстрировать. – Он сделал паузу. – Или нет?
– Нет.
Его смех заполнил телефонную трубку.
– Не смешно, Рамос.
– Зависит от того, с какой стороны посмотреть. Представляю, как ты стоишь, залившись румянцем, а внимательная аудитория жадно ловит каждое твое слово.
Сара оглянулась. Марта тут же отвела взгляд и с излишней деловитостью начала переставлять содержимое буфета. Того самого, в котором уже все переставила, когда в прошлый раз Сара разговаривала по телефону с Рамосом.
– Так ты приедешь завтра, или конфеты были в знак извинения?
– Считаю часы, дорогая. Значит, мы можем пересечь мост и умыкнуть тебя оттуда?
– Мы?
– Конечно, – снова рассмеялся Рамос. – Мои попутчики и я. Я возьму с собой чудесную бутылочку чрезвычайно восхитительного винтажного вина, и, чтобы тебя задобрить, может быть, еще один до неприличия роскошный сорт шоколада.
– Мне нравится, каких попутчиков ты выбрал. Так что ты и все твои друзья можете пересечь мост. Очень жду вашего приезда.
– Это я и хотел услышать.
Грохот, раздавшийся от кухонного стола у Сары за спиной, там, где стояла Марта, отвлек ее внимание, почти заглушив ответ Рамоса. Экономка опрокинула коробку с макаронами, которые рассыпались по всему полу.
– Мне нужно возвращаться к работе. В котором часу ты планируешь приехать?
– В четыре подойдет? Или лучше пораньше, в три. Нет. Не хочу так долго ждать, в два. Или…
– В четыре, – посмеиваясь, перебила его Сара. – Буду ждать тебя в четыре.
– Тогда до встречи, – подытожил Рамос и повесил трубку.
Положив трубку, Сара наклонилась и стала собирать макаронины. Она не могла понять, откуда вдруг появился страх: из-за женщины, подслушавшей ее разговор, или из-за мужчины, с которым она беседовала по телефону.
________________________________________
[1] DeLafee
Роскошные швейцарские конфеты фирмы Delafee – самые дорогие конфеты в мире, обернуты в съедобное 24-каратное золото, из-за чего их цена достаточно высока и составляет на сегодняшний день 508$ за фунт (0,45кг).
Немного истории:
Компания DeLafee International расположена в г. Невшатель, Швейцария. По-французски “Fеe” означает «фея». DeLafee впервые производились недалеко от небольшой деревушки в Швейцарии, чье название было связано с феями, что и стало вдохновляющей идеей для названия. Цель компании – создание и продажа всевозможных восхитительных и прекрасных шоколадных творений, когда выбор ингредиентов не диктуется ценой, а творчество никогда не ограничено традициями.
"Delafee" создает уникальные товары для гурманов, украшенные пищевым золотом. Созданные "Delafee" продукты являют собой прекрасные, незабываемые и в высшей степени символические презентации класса люкс для выражения любви, страсти или успеха.
Глава 24
– Этого нельзя допустить. Ты должен что-то сделать.
Йен прижимал телефонную трубку плечом к уху, прыгая с ноги на ногу, пока натягивал штаны.
– Я сделал все, что мог, – донесся из трубки голос Даллина.
– Не верю. Ты, без сомнения, самый могущественный человек, которого я знаю. И ты говоришь, что не можешь заставить одну маленькую женщину подчиниться?
– Может, она и маленькая, но голова на плечах у нее есть.
– Ты не напомнил ей об обещании? Сара говорила, что не будет общаться с этим человеком.
– Напомнил.
Йен раздраженно фыркнул, выискивая рубашку в груде одежды, которую вывалил из чемодана.
– И? Что она ответила? – Иногда прямой ответ из фейри приходилось вытягивать словно клещами.
– Сара сказала, раз ты уехал, никакие клятвы больше не имеют силы. Ах да, и обещания тоже. Их она тоже считает недействительными. Просила передать тебе наш разговор.
– Чертова упрямица! Что ж, тебе надо всего лишь не давать им встретиться, пока я не приеду. – Надевая носки, он прижал трубку подбородком.
– И как, по-твоему, я это сделаю? Сара их пригласила. Тут от меня ничего не зависит.
А ведь Йен был так спокоен, так уверен, что они до нее не доберутся. Ему ни разу даже в голову не пришло, что Сара пригласит их пересечь мост. Если их не остановить, если он не приедет и не остановит их, последние шестьсот лет его жизни пойдут насмарку.
– Ты обязан что-нибудь сделать.
– Чего ты от меня хочешь? Чтобы я уговорил их убраться прочь из поместья? – спросил Даллин с непривычной ноткой раздражения в голосе, и Йен забеспокоился сильнее.
– Мне все равно, что и как ты сделаешь. Делай, что хочешь, но не дай им пересечь границы владений.
