Когда Майлз уходил, Зои услышала знакомый рокот машины «Скорой помощи», въезжающей на парковку. Она не могла сказать, чем этот прием пациента отличался от любого другого, но мысль о том, что женщина отрезала себя от всех, кого любила, и на исходе дней рядом с ней никого не будет, беспокоила Зои по причинам, в которых она не смела признаться даже самой себе.
Бывшая балерина просияла.
– Это лучшее предложение за весь день. И, пожалуйста, не мисс Нюборг, а то я чувствую себя своей матерью. Я – Ребекка. Если мне суждено здесь умереть, я хочу, чтобы меня называли по имени. Во всяком случае, давай с тобой будем на «ты».
Зои почувствовала прилив нежности к своей пациентке и улыбнулась.
– Дай мне пять минут, и я вернусь.
– Но прежде могу я тебе кое-что передать?
Ребекка откинулась на подушки, и Зои увидела, что перипетии дня начинают сказываться на ее состоянии. Когда Ребекка вышла из машины «Скорой помощи», Зои была удивлена тем, как хорошо она выглядит. Ребекка улыбалась и шутила с парамедиками, когда ее завозили внутрь, восхищалась красотой садов. Теперь, глядя на свою новую пациентку, Зои видела женщину, которая искренне боится того, что ждет ее впереди.
– Да, конечно.
Ребекка протянула ей маленький листок бумаги.
– Что это?
– Список людей, с которыми нужно связаться, когда я умру, – строго произнесла Ребекка.
Зои уставилась на список. В нем значилось пять имен, написанных аккуратным почерком, и рядом с каждым были указаны номер телефона и адрес. Одно из них бросалось в глаза – Пернилла Нюборг, с лондонским адресом. Могла ли это быть мать Ребекки?
– Хочешь, чтобы я связалась с кем-нибудь из них сейчас и сообщила им, что ты здесь?
Ребекка коротко покачала головой.
– Нет, в основном это друзья по балету, сейчас они на гастролях. У них нет времени прийти и повидаться со мной.
– Я уверена, они бы пришли, если бы знали, что ты здесь, – снова попыталась Зои.
Лицо балерины посуровело.
– Нет. Заявляю твердо. Ни с кем из этого списка нельзя связываться, пока я не умру.
Меньше всего Зои хотелось расстраивать Ребекку, поэтому она просто кивнула и положила записку в папку с историей болезни.
– Конечно. А теперь отдыхай, и я мигом вернусь с чаем.
Но когда Зои вышла из комнаты, в голове у нее все перемешалось. Она не хотела, чтобы Ребекка умирала в одиночестве, и не могла поверить, что Ребекка хочет такого конца. Ожидая, пока закипит чайник, она подумала о пачке открыток в своей сумке. Ребекка, может, и не хотела, чтобы кто-нибудь знал о том, что она умирает, но Зои была уверена, что женщину взбодрит предложение оставить несколько прощальных слов тем, кого она покидает.
После смены Зои вернулась домой измученная. Мысли о Глене и Ребекке крутились в голове весь день. Теперь, войдя в гостиную, она увидела, что компанию Саре составляет не только телевизор, но и Майлз. Сердце упало. Зои надеялась провести этот вечер наедине с Сарой. Она кивнула и улыбнулась им обоим, собираясь поспешно ретироваться, когда Сара остановила ее.
– Зои! Ты в порядке? – Она вскочила на ноги и бросилась к Зои, протягивая руки.
Зои с благодарностью рухнула в ее объятия, а Майлз выскользнул из комнаты и прошмыгнул на кухню. Зои прониклась нежностью к подруге, проявившей понимание. Ей нужен был совет Сары.
– Я в порядке, – пробормотала Зои, уткнувшись ей в плечо. В теплых дружеских объятиях Зои наконец-то смогла расслабиться. – Это был тот еще денек.
– Могу себе представить. – Сара отстранилась, чтобы посмотреть на Зои. – Мне так жаль, что я не смогла дозвониться до тебя раньше, чем Глен появился в хосписе. Я пыталась предупредить тебя.
– Не переживай. – Зои жалобно улыбнулась. – Просто все это было так неожиданно.
– Расскажи мне все-все. – Сара потянула ее на диван. – Почему Глен здесь?
– Говорит, что хочет уладить детали нашего бракоразводного процесса. Решил, что лучше сделать это лично, и я полагаю, хочет попрощаться, подвести черту или что-то в этом роде.
Сара кивнула.
– Логично.
– Я чувствую себя такой неподготовленной. Меньше всего я ожидала его приезда, особенно после…
Голос Зои затих, и она уставилась в пол. Она обещала, что никому ни слова не скажет о состоянии Бена, но после пережитого дня молчание становилось слишком тяжелым бременем.
Сара наклонилась вперед и положила свою теплую руку на колено Зои.
– Особенно после чего?
Вскинув голову, Зои встретилась с глазами Сары, полными беспокойства.
– Если я тебе кое-что скажу, ты сможешь сохранить это в тайне?
– Конечно.
– Прошу, никому не рассказывай. Тем более Майлзу.
– Хорошо, – медленно произнесла Сара. – Зои, в чем дело? Ты меня пугаешь.
– Бен, – шепотом призналась Зои. – У него рак кишечника.
Руки Сары взлетели ко рту.
– О, Зои! Мне так жаль. С ним все будет в порядке?
