— Я чту память вашего отца, — произнес тот странным голосом, так, словно речь шла не о Хоране.
— Нам нужно вернуться домой. Там матушка… — начала, было, она.
— Ваш дом отныне не там, — ответил незнакомец. — Я не могу вести беседы тут. Погоня нас так просто не оставит. Я дам вам немного еды, чтобы поесть, а после мы покинем это место.
— Кто ты, чтобы указывать, где наш дом?! — Аргелор задышал тяжело и надвинулся на него.
Память об отце была слишком свежа, и этот чужак посмел на нее покуситься. Но было и еще что-то. Свет от этого чужака стал неприятен Аргелору. В миг забыв о боли, он подошел к нему и почувствовал, как от того веет холодом. Чужак стоял спокойно, не показывая лица и не двигаясь.
— Никто и ничто. Я мог бы обрести двоих, но вижу только одного, — смутно произнес он. — Я не могу держать вас. Если вы изберете гибель, идите к людям. Вас убьют быстро…когда найдут способ. Металл и огонь вам ведь не страшны.
— О чем ты? — Тира встала с колен и тоже приблизилась к чужаку, пытаясь заглянуть под темноту его капюшона.
Внутри что-то кольнуло. Внезапная тоска по отцу сдавила сердце, и чужак склонил голову. Будто почувствовал ее боль.
— Я буду говорить с вами, но не здесь, — он вынул из-под плаща маленький сверток и развернул его. — Ешьте и побыстрее. Гидралы сильны, но вам придется делиться с ними силами. Забирать их усталость. Это не сложно. Конечно, если хотите уйти от погони.
Он дал брату с сестрой по одному черствому сухарю. Аргелор взял его без особой охоты. Заставил голод. На вкус сухарь оказался приятным. Он пах пряностями и мятой. Есть все равно хотелось, только усталость чуть прошла. Сам незнакомец довольствовался лишь маленьким кусочком этого провианта и глотком воды.
Звери за это короткое время, видно успели поохотиться. От них пахло кровью, и выглядели они сытыми.
— Едем! — приказал чужак.
— Стой, сестра! — шепнул Аргелор. — Я не верю ему…
— Я верю. Мне сердце подсказывает, — ответила Тира. — Люди…ты слышал, что они кричали там…
— Скорее! — уже потребовал их спаситель.
Пришлось запрыгнуть в седла. Гидралы захрапели, высовывая длинные красные языки. При свете звери выглядели страшно и хищно, но было не до разглядываний. С места они махнули размашистыми прыжками, только успевай держаться. Чужак же не жалел ни Тиру, ни Аргелора. Про отдых пришлось забыть и мысли на время вылетели из их головы. Превозмогая боль, приходилось приноравливаться к быстрому бегу. В полдень они впервые поделились силой с гидралами. Мысль о дележе, контролируемая чужаком, коснулась тела зверей и тяжелая усталость навалилась на седоков непосильным грузом. Жуткая слабость заполнила Тиру и в глазах потемнело. Она едва удержалась в седле. Усталость больших зверей стала настоящим испытанием, а чужак словно бы усмехнулся, глядя на сгорбившиеся фигуры наездников. Тира под его взглядом невольно выпрямилась, а Аргелор лишь недовольно поджал губы.
Снова по бездорожью, по глухому лесу, часто меняя направление, они бежали на северо-восток, с короткими остановками, вслед за таинственным чужаком. Последний, казалось, не ощущал ни усталости, ни голода.
Так прошел не один день, пока однажды, к вечерней заре, гидралы не вынесли их на возвышенность. С нее виднелся небольшой городок. Незнакомец развернулся и из-под капюшона взглянул на брата с сестрой. Вид у них был не самый лучший. Одежда в грязи и копоти, изможденные лица и разбитая губа Тиры. Он покачал головой.
— Придется зайти в город, — изрек он. — Я веду вас в город магов, но такими вас там не примут.
— Мы не колдуны и о таких делах не ведаем, — отрезал Аргелор. — Ты пустое затеял.
— Мне знать лучше, — сказал тот. — Конного пути туда двадцать дней, на гидралах меньше двух недель. Только времени у нас такого нет на дорогу. Придется избрать другой путь. Вперед!
К ночи они уже стояли у городских стен. Чужак расседлал гидралов и отпустил их. Тени, чернее самой ночи, крались следом за троицей и те торопились попасть в город. У ворот стража невнятно поинтересовалась целью позднего визита, и чужаку пришлось заплатить. Все из-под того же, безликого плаща, он вынул серый кошелек и отсыпал горсть золотых монет, после чего стражник отворил небольшую дверь в воротах и впустил их в город.
— Не советовал бы вам, на улицах задерживаться, — буркнул он из-под шлема. — Тут иная стража бродит…
Чужак, молча, кивнул, и они ступили на слабоосвещенную улицу. Дома тут не были такими высокими, как в Ладье, зато здешние каменщики не поскупились на разные украшения, в том числе, и на кованые фонари. Было очень тихо. Жители уже спали. Троица шагала быстро, словно кто-то гнался следом, и этого кого-то, Тира увидела. Черный, призрачный всадник, ничуть не скрываясь, возник прямо перед ними, в узком переулке, куда они свернули накануне. Чужак остановился и резко вскинул руку.
— Уйди! — почти прошипел он.
Всадник зашипел в ответ. С места он не двинулся.
— Приказ Архимага, ловить тех, кто вне закона! Назовись! — его голос отдавал льдом и страхом, который стремился пробраться под кожу. — Назови имя! И покажи, кто за твоей спиной!
