— Ты не сестра мне, — сказал тот. — Выбор делается один раз, и я свой уже сделал.
— Мы же дети одного отца! Аргелор!
— Одного отца? — кривая ухмылка исказила его лицо, и рука надавила сильнее, чувствуя под собой биение горячего сердца другого дракона. — Один был человеком, а второй слабым драконом. Для меня ни один из них не отец. Архимаг открыл мне знания, о которых ты даже не ведаешь.
— Он открыл тебе ложь! Как ты можешь?! Хоран был нам отцом! — дракон в Тире рвался спасти ее, только она сама не верила в опасность.
Перед ней был не брат, а черный дракон. Память крови тут же полыхнула былыми битвами, и Аргелор увидел перед собой кровного соперника, которому надлежало вырвать сердце.
— Тира! — в сознание ударила магия Иллигеаса.
Он был далеко, но Тира почувствовала его, как сильную пощечину, а после появился и сам маг. Белокрылой птицей он ударился об Аргелора, когтями расцарапав ему лицо. Магии хватило ненадолго. Обмякшее, уже человеческое тело, неуклюже приземлилось возле черного дракона. Иллигеас сильно рисковал и поплатился за это, хоть и успел ослабить смертельную хватку Аргелора.
— Беги! — закричал он Тире.
Его силы были на исходе, и их едва хватило, чтобы на краткое время ослепить Аргелора. Иллигеас толкнул Тиру к скалам, туда, где поток обрывался в пустоту.
— Беги! — повторил он.
Удар Аргелора сбил его с ног. Маг рухнул на камни, и Тира увидела его кровь. Ее брат оказался слишком сильным, и на этом не остановился. Вторым ударом он сбросил Иллигеаса в пропасть. На камнях остались только следы его крови, ярко-алые, а Тира стояла, как каменная, не в силах пошевелиться. Где-то далеко внизу раздался всплеск. Боль и отчаяние вмиг вернулись к ней и заволокли ее густым туманом. Перед собой она видела уже не брата, а холодного и далекого чужака. Развернувшись, она прыгнула вниз, в пенящиеся струи водопада, и ледяная вода смешалась с ее слезами. Теперь у нее не было брата, и остатки надежды на его возвращение разбились на острые осколки. Остались лишь два дракона и их вечная борьба.
Воды озера выбросили Тиру на берег. Тут, внизу, рос густой темный лес, и вой безликих быстро привел ее в себя. Оглянувшись, она увидела большого оленя с ветвистыми рогами, который, не мигая, глядел на нее и будто звал за собой в чащу.
Тира оглянулась. Водопад ревел, и над озером стояла водяная пыль. Иллигеаса видно нигде не было, сколько бы она не вглядывалась в чужие берега. На этой земле царил холод. Иллюзия или быль, но ветер пронизывал мокрую одежду. Вдобавок, над скалами снова пронесся вой. В последний раз, глянув на озеро и водопад, Тира хотела повернуть в лес, только падение ее наставника все еще жгло память. Она вновь ступила в воду, зайдя в озеро по колено. Тотчас же она ощутила на себе пронзительный взгляд. На нее смотрел уже не олень, а хозяин леса, и взгляд его предостерегал об опасности. Рядом с ним мелькнула знакомая тень гидрала. Зверь бесшумно рванул в чащу, и хозяин леса указал на его след.
— Иди, иначе твой маг напрасно тратил силы! — вдруг заговорил хозяин. — У меня нет прав вмешиваться сейчас, но лес тебе поможет. Торопись!
Дух леса исчез, растаяв среди деревьев. Тире пришлось последовать его совету. Вой безликих слышался уже совсем близко, да и об Аргелоре не стоило забывать. Постояв немного, Тира коснулась своего сердца, а затем воды. Так она выражала скорбь по Иллигеасу. После она пустилась бежать в самую глубь чащи, что раскинулась у подножия высоких скал. Вера в помощь доброго духа лишь ускорила ее бег, а лес, будто сам убирал все препятствия на ее пути, оставляя их другим.
Далеко за иллюзорными землями, Архимаг и виду не подал, что все пошло не по его задумке. Тритрагдорские маги обеспокоились. Их ученики уже рыскали в поисках Тиры, только их пути оказались ложными. Лес заманил их в болото, в самую топь, откуда они едва смогли выбраться. Безликим повезло больше. Они сразу взяли след, да и Аргелор не отставал.
Бежать Тире пришлось долго. Земли игрищ были запутанными и обширными. Грань между ними и реальным лесом едва виделась, и Тира все же ее заметила. Бег в иллюзии отнимал много сил, последний прыжок дался с трудом, и она оказалась в другом лесу. Даже помня карты, она не сразу узнала лесных исполинов.
Тиру выбросило в пограничье. Эти земли никому не принадлежали. Тут не существовало дорог и троп, только узловатые корни, травы и высокая крона, сквозь которую солнце еле проглядывало. Переведя дыхание, Тира припала к ледяному ручью. Сделав всего несколько глотков, она ощутила рядом с собой чужое присутствие. Серая тень безликого стояла возле нее с мечом наголо только бить отчего-то не решалась. Тира отпрянула. До ее ноздрей донесся запах истинного металла, и этот металл ковала тьма. Занесенный меч дрожал в холодном воздухе. Тень словно не имела тут силы. Но длилось это не долго. Призрак безликого стал плотнее, меч поднялся выше, сверкнув на солнце и стремительно опустился.
