Это было похоже на правду. Самой осуществить подобное мне было не под силу, увы. Так кто же перекинул меня сюда? И главный вопрос – для чего? Какую цель преследовал этот некто?
Я потерла лоб и напрягла память. О перемещении я так ничего и не вспомнила. Даже размытых воспоминаний не осталось. Пришли на ум слова Морана о том, что я могла сама заблокировать эти воспоминания.
Мой психолог говорил что-то о выборочной памяти. Когда подсознание человека намеренно блокирует болезненное воспоминание. Что-то вроде внутреннего защитного механизма, чтобы уберечься от боли или безумия…
Что, если так? Что, если я сама заблокировала свою память? Значит, я могу сама все и восстановить.
– Думай, думай, – зашептала я и закрыла глаза, силясь вспомнить события последнего дня в моем мире, – ну же, вспоминай.
Но ничего не происходило. Я помнила лишь свое утро и чашку кофе. Дальше – чернота и холодный туман.
Что ж, к этому вопросу я вернусь позже.
Что у нас дальше? Эльф, в сговоре с которым меня подозревают. Это обвинение было абсурдным и глупым. Но все-таки я его видела. Почему? Я вновь закрыла глаза и начала вспоминать тот проклятый вечер. В голове появлялись разные образы.
Эльф, идущий по залу решительным шагом…
Смеющееся лицо Хранителя…
Лесная поляна и блеск светлячков…
Туманный коридор и тянущиеся ко мне руки…
Страшный смех…
Травница Мэнни и ее слова…
«Такая же, как я», – так она, кажется, сказала…
Моран, и его изучающий взгляд…
«Это был не проход, – сказал тогда он, – это были твои воспоминания» …
Воспоминания…Видения о том, что уже произошло…
«Она такая же, как я» …
Такая же…Как Мэнни…
Я распахнула глаза и резко поднялась с кресла. Ну конечно же! Старая Мэнни не только травница. Она еще умеет видеть то, что скрыто от людских глаз. Я снова вспомнила проход между мирами в туманном коридоре. Он казался реальным, осязаемым, но не был настоящим. А это значит…
– Я видела не эльфа! – громко воскликнула я, обращаясь к пустой комнате, – я видела воспоминание о нем!
Не свое. Чужое воспоминание. Призрачный фантом. Видение из прошлого, которое я приняла за живого человека. Точнее, за эльфа. Глупо упомянув о котором, я поставила под угрозу свою жизнь и свободу. Но как доказать остальным, что это было просто видение? Увидят ли они это в зеркале? Да и ограничатся ли моими словами? Что-то мне подсказывало, что нет.
– Надо поговорить с Хранителем. Сейчас же все объяснить ему, – сказала я вслух и подбежала к двери.
Распахнула ее, сделала шаг вперед. Мощная воздушная волна отбросила меня назад. Я пролетела несколько метров и рухнула на пол, ударившись головой о стену. Перед глазами вспыхнули искры. Все тело пронзила жгучая боль, и стало тяжело дышать.
«Дыши. Дыши», – мысленно приказывала себе я. Но боль все сильнее опутывала тело, постепенно погружая меня в темноту, пока я полностью в ней не растворилась.
***
Я очнулась от солнечных лучей, что играли на моем лице. С трудом разлепив веки, обнаружила, что по-прежнему лежу на полу, широко раскинув руки.
Тело нестерпимо болело. Я приподняла голову и застонала. Встать на ноги сил не было. Я перевернулась на живот и медленно поползла к кровати. Каждое новое движение, каждый вздох причиняли острую боль. Настолько острую, что я еле сдерживалась, чтобы не закричать.
Я преодолела расстояние в несколько метров за добрые четверть часа. С громким стоном забралась на кровать и осмотрела свое тело. Видимых переломов не было. На это я очень надеялась.
Тело болело от сильного удара о пол. А голова…Возможно, у меня было сотрясение мозга. Но я все же надеялась, что это просто ушиб. И не более.
Я перевела взгляд на дверь, от которой меня отшвырнуло. Моран все предусмотрел. Он не только устно запретил мне покидать комнату, но и сделал все возможное, чтобы мои попытки выйти не увенчались успехом. И вызвали боль. А ведь я могла и погибнуть. Ударься я головой об угол стола, к примеру…
Поверит ли Хранитель теперь моим словам? Поверит ли, что я видела лишь отголоски прошлого? Поверит ли король? Или они больше поверят какому-то зеркалу, чем моим словам. А что, если зеркало покажет этого эльфа, только лишь потому, что в последнее время я много думала о нем?
Я застонала и прикрыла глаза. Если они решат, что я виновна, доверившись своей безумной логике, то что тогда? Они сразу убьют меня? Прилюдно казнят?
«Нет, – жестко ответил мне внутренний голос, – сначала они будут вытягивать из меня сведения, которыми, как они считают, я обладаю».
Да. Поэтому они меня и исцелили. Поэтому Моран и помогал лекарю, как я услышала в его разговоре с королем. Чтобы все выведать. Потому что он уже тогда считал меня…Интересно, в этом мире есть такое понятие, как шпион? В общем, уже тогда он был уверен в моей виновности.
Мои сумбурные размышления прервал скрип двери. Я подняла голову и увидела одного из служителей Цитадели. Тот самый, что запирал меня в первой комнате – камере. Он прищурился одним глазом и скривил рот в насмешке.
– Из столицы прибыл наблюдатель, – прокаркал он, – сегодня на закате состоится первая проверка.
