Хранитель (СИ) полностью

Камень был зрелищным, многослойным, блестящим, полупрозрачным и темным, одновременно. Он был застывшей энергией — черной лавой в своей сердцевине с золотым ореолом, и взывал ко мне прикоснуться к нему, он просил меня взять его в руки, заглянуть глубже и…

Я тряхнул головой.

Погасил Глаз Агона, что сам собою зажегся спонтанно, увел взгляд от этого явно странного камня, и закрыл оба глаза, а затем, с любопытством спросил сам себя:

Это сейчас, что произошло?

Откуда у меня возникла внезапная одержимость подобным магическим камнем. Доктор, что делать? — я растерянно и повторно спросил свое подсознание, и как ни странно… на этот раз, оно все же дало мне своеобразный ответ, причем ответ прозвучал характерным голосом доктора из кинофильма «Кавказская пленница», что ставил диагноз товарищу Сахарову.

— Да, голубчик, у вас клептомания.

Доктор, а есть какое-нибудь средство от… этого?

— Клептомания лечится клаустрофобией, голубчик.

Экстремально! А еще варианты?

— Либо особым взглядом на жизнь!

Д-доктор, это, каким же?

— Клептомания — это способность найти что-то прежде, чем другой это потеряет.

Идеально! — лечебная справка от подсознания мне подошла. — Это наш вариант.

— Вот и отлично, голубчик. Возвращайтесь в реальность и звоните срочно 03.

Хух, ну и забористый магический камешек я нашел. Хорошо, что меня так легко отпустило видение Глазом Агона.

Наваждение пропало, я еще раз тряхнул головой и «вернулся» в 3D — к барионной материи.

Влэд. Волшебный мир

Я стоял и восхищался красотой интерьера.

Сложное дымчатое зеркало во всю стену и красивейший трон, что располагалось в десяти метрах перед южной стеной, погружали мое чувство эстетики в изучение множества своих важных и несомненно властных деталей.

Престол империи Син был обильно украшен золотым тиснением, драгоценностями и фигурами из камня: Правый подлокотник его был занят миниатюрной скульптурой Архонта, а левый украшал глаз всех стихий с Камнем Души Алмаза на самом верху.

Создавалось впечатление, что для возведения престола Син было потрачено золота — килограммов на 300, не считая того-самого зеркала, что было частью всей композиции и стояло за центром «имперского» острова власти.

Мир сильных людей — укрепилась ассоциация еще более, когда мой взгляд глубже окунулся под своды южной стены, погружаясь в детали монаршей символики, созданные ромбовидным гербом Белых Аро и его благородной «свитой». Первый был опоясанный последними — шестью более мелкими гербами в креплении мощных щитодержателей с наметами.

Общий вид этой композиции ошеломлял своей грандиозностью.

Символы власти и атрибутика империи Син сами собой заставляли их изучать и невольно тянутся к ним, окуная в атмосферу престола и приближенным к ним людям.

У трона находилось три человека… две девушки по краям (одна стояла спиной ко мне) и в середине мужчина, что царственно восседал на солидной «седушке» правителя.

Я подошел ближе решив разглядеть сам трон детальнее. Ну и так уж вышло, лицезрел живого монарха империи Син. Хочешь не хочешь, а не пропустишь его — Арома Ан Аро.

Он был в сером мундире, раскрытом над белым жилетом, спускавшимся на круглый живот. В белых лосинах, обтягивающих жирные ляжки коротких ног, и в ботфортах. Его короткие волосы, очевидно, только что были причесаны, но одна прядь из них спускалась книзу над серединой широкого лба. Белая пухлая шея у него резко выступала из-за черного воротника мундира. На его моложавом полном лице с выступающим подбородком было выражение милостивого и величественного императорского приветствия…

Вся его потолстевшая, короткая фигура с широкими толстыми плечами и невольно выставленным вперед животом и грудью имела тот представительный, осанистый вид, который имеют лишь живущие холено люди, которым самую малость как перевалило за сорок…

Ко всему прочему Аром Ан Арос имел крепкий голос, с яркими оттенками власти…уходящими почти в баритон.

Император о чем-то оживленно разговаривал, скорее всего, с дочерью, что стояла левее и внимательно его слушала, иногда медленно соглашаясь с ним кивком головы.

За монархом, я стал рассматривать и принцессу, так как решил, что это, должно быть непременно она.

Девушка была невысокой, думаю, метр пятьдесят пять, стройная талия, миленькое, но безразличное лицо, черные волосы, спадающие до плеч… бюст ближе к второму размеру, обжатый платьем белого цвета, с жемчугом и алмазами вшитыми в это платье с символикой империи Син.

Далее были белые ручки, без тени загара, и тонкие кисти с длинными пальцами, что аккуратно держались за трон.

Эх. Все-таки увлекла, чертовка.

— Да, брат! Как говорил Сергей Малешин: От воздержания лучше воздерживаться.