– Один и тот же цвет волос, – заявил Корсак. – Так я, во всяком случае, слышал. У всех трех убитых черные волосы.
– Тогда тебе стоит быть особенно осторожной, Джейни, – постановила Анжела. – Если он любит темноволосых девушек.
– Мам, в мире полно темноволосых девчонок.
– Но ты у него прямо перед носом. Если он хоть иногда смотрит новости…
– В этом случае он знает достаточно, чтобы держаться подальше от Джейн, – вставил Корсак. – Если он, конечно, понимает свою пользу. – Винс принялся снимать готовые стейки с гриля и плюхать их на блюдо. – Прошла неделя с тех пор, как вы привезли ту девчонку домой, верно? И ничего не произошло.
– Зрительных контактов не было.
– Тогда он, возможно, уехал из города. Уехал туда, где будет легче охотиться.
– Или просто ждет, пока уляжется шум, – предположила Джейн.
– Да, в этом вся проблема, верно? Для того чтобы продолжать наблюдения, требуются ресурсы. Откуда вы узнаете, когда защита ей больше не понадобится? Когда поймете, что девчонка в полной безопасности?
«Никогда, – подумала Джейн. – Джозефина всегда будет поглядывать через плечо».
– Думаешь, он снова будет убивать? – спросила Анжела.
– Конечно будет, – отозвался Корсак. – Возможно, не в Бостоне. Но я гарантирую: он уже сейчас где-то охотится.
– Откуда ты знаешь?
Переложив на блюдо последний стейк, Корсак затушил пламя.
– Потому что так делают все охотники.
В воскресенье гроза начала собираться уже с обеда, а теперь разошлась в полную силу. Сидя в своем лишенном окон кабинете, Джозефина слушала раскаты грома. Отражавшие этот звук стены сотрясались с такой силой, что она не заметила, как к ее двери подошел Николас. Только когда куратор заговорил, Джозефина поняла, что он некоторое время стоял поблизости.
– Разве сегодня тебя никто не отвозит домой? – спросил он.
Николас нерешительно остановился в дверях, словно боясь заступить на ее территорию и опасаясь, что подходить поближе запрещено. Несколько дней назад детектив Фрост проинструктировал музейных работников на предмет безопасности и показал им фотографию Брэдли Роуза, состаренную с помощью цифровой техники, чтобы сымитировать его образ спустя два десятка лет. С момента возвращения Джозефины коллеги обращались с ней, как с хрупким экспонатом, вежливо держась на расстоянии. Никто не радовался необходимости работать бок о бок с жертвой преступления.
«А я не рада быть жертвой», – думала Джозефина.
– Я всего-навсего хотел удостовериться, что тебя отвезут домой, – объяснил Робинсон. – А если нет, я с радостью отвезу тебя сам.
– Детектив Фрост приедет за мной в шесть.
– О! Конечно. – Ник задержался в дверях, словно хотел сказать что-то еще, но заговорить не решался. – Я рад, что ты вернулась, – только и смог произнести он, собираясь уходить.
– Николас…
– Да?
– Я должна объяснить тебе кое-что. Многое.
Он стоял всего в нескольких метрах, но Джозефине было тяжело встречаться с ним взглядом. Никогда раньше она не чувствовала себя так неуютно в его присутствии. Николас был одним из немногих, с кем Джозефине обычно было легко, потому что оба, обитая в одном и том же потаенном уголке Вселенной, испытывали невероятную страсть к малоизвестным фактам и любопытным диковинкам. Из всех людей, которых Джозефина обманывала, самую сильную вину она испытывала перед Николасом, потому что Робинсон гораздо больше всех прочих старался быть ее другом.
– Я не была честна с тобой, – призналась Джозефина, печально покачав головой. – В действительности почти все, что ты знаешь обо мне, – ложь. Начиная с того…
– Что по-настоящему тебя зовут не Джозефина, – тихо закончил он.
Пульчилло удивленно подняла взгляд на Николаса. Раньше, когда они встречались взглядами, он, как правило, смущенно отводил глаза. На этот раз Николас даже не дрогнул.
– Когда ты узнал об этом? – спросила она.
– После того как ты уехала, а я не мог поймать тебя по телефону и стал волноваться. Я позвонил детективу Риццоли и узнал правду. – Робинсон вспыхнул. – Мне стыдно признаться в этом, но я звонил и в твой университет. Я подумал, а вдруг…
– Вдруг ты взял на работу законченную мошенницу.
– Я не должен был вторгаться в твою жизнь, я знаю.
– Нет, Николас, ты должен был сделать именно это. Ты имел полное право проверить, получила ли я образование. – Она вздохнула. – Только в этом я и была честна с тобой. Меня удивляет, что ты позволил мне вернуться. И даже ни разу ни о чем не обмолвился.
– Я ждал удобного момента. Выжидал, когда ты будешь готова к разговору. Ты готова?
– Похоже, ты уже знаешь все, что тебе нужно.
– Да как же я могу все знать, Джозефина? У меня такое ощущение, будто я только сейчас начинаю знакомиться с тобой. Все то, что ты рассказывала мне о своем детстве… о своих родителях…
– Я врала, понимаешь? – Ответ прозвучал резче, чем хотела Джозефина, и она заметила, что Николас покраснел. – У меня не было выбора, – тихо прибавила она.
