– Они с госпожой Дьюк ездили в Ревир, чтобы отправить какой-то ящик. Он сказал, что вернулся в музей около семи, чтобы доделать кое-какую работу, и никого здесь не увидел. Он предположил, что доктор Пульчилло уже уехала домой, так что сначала ни о чем не волновался. А потом заглянул в кабинет доктора Пульчилло и увидел, что ее сумочка все еще там. Вот тогда-то он и позвонил по девять-один-один.
– Детектив Фрост должен был отвезти ее сегодня домой.
Янг кивнул:
– Так он нам и сказал.
– А где же он тогда?
– Барри приехал сразу после нас. Он сейчас наверху. – Немного помолчав, Янг добавил тихо: – Не слишком нападай на него, ладно?
– Это за прокол-то?
– Пусть он сам расскажет тебе, что произошло. Но сначала… – Янг обернулся к двери. – Я должен показать тебе кое-что.
Вслед за ним Джейн направилась в хранилище.
Здесь отпечатки ботинок казались ярче – подошвы убийцы были такими влажными от крови, что от них отлетали брызги. Янг зашел в лабиринт хранилища и указал в узкий проход. Объект их внимания застрял между ящиками.
– Лица там почти не осталось, – заметил Янг.
Но для Джейн и этого было достаточно, чтобы узнать Саймона Криспина. Удар обрушился на его левый висок, раздробив кости и хрящи и оставив воронку с запекшейся кровью. Кровь из раны стекала в проход, и на бетонном полу образовалась огромная лужа, насквозь пропитавшая разбросанную там древесную стружку. После удара Саймон прожил совсем недолго, но все это время его сердце продолжало биться и качать кровь, которая, выливаясь из пробитой головы, стекала на пол.
– Убийце каким-то образом удалось отлично рассчитать время, – сказал Янг. – Скорее всего, он наблюдал за зданием. Он наверняка заметил, как ушла госпожа Виллебрандт, а потому знал, что в музее осталось всего лишь два человека: доктор Пульчилло и восьмидесятилетний старик. – Янг поглядел на Джейн. – Мне сказали, что у нее загипсована нога, поэтому она не сумела убежать. И сопротивляться, скорее всего, тоже не могла.
Джейн поглядела вниз, на след, оставленный телом Джозефины. «Мы обещали, что с ней ничего не случится, – с горечью подумала она. – И поэтому Джозефина вернулась в Бостон. Она поверила нам».
– Есть еще одна вещь, на которую тебе стоит посмотреть, – сказал Янг.
Джейн подняла глаза:
– Что за вещь?
– Я покажу. – Он повел ее к выходу, и они выбрались из лабиринта ящиков. – Вот, – сказал Янг, указывая на закрытую дверь.
На два слова, выведенные кровью:
НАЙДИ МЕНЯ.
Джейн поднялась по лестнице на третий этаж. В музей со всем своим оборудованием уже приехали судмедэксперт и команда криминалистов, и здание наполняли, взвиваясь вверх по центральному лестничному пролету, эхом отдающиеся голоса и скрип шагов вторгшейся армии. Джейн немного задержалась на самой верхней ступеньке, внезапно ощутив усталость от крови, смерти и неудач.
А больше всего – от неудач.
Отлично прожаренный стейк, который она съела у мамы всего несколько часов назад, казался теперь камнем в желудке. «Всего одно мгновение, – подумала она. – Вот с какой скоростью чудесное летнее воскресенье может обернуться трагедией».
Она прошла по галерее, где были выставлены человеческие кости, мимо скелета матери, прижимавшего к груди скелет ребенка, и двинулась дальше по коридору к административным помещениям. Через открытую дверь одного из кабинетов Джейн увидела Барри Фроста – он сидел в одиночестве, опустив плечи и закрыв лицо руками.
– Фрост! – окликнула Джейн.
Барри неохотно выпрямился, и Риццоли с удивлением отметила, что его глаза вспухли и покраснели. Фрост отвернулся, словно смутившись, что она стала свидетелем его страданий, и быстро провел рукавом по лицу.
– Бог ты мой, – поразилась Джейн. – Что это с тобой?
Он покачал головой:
– Я не могу этим заниматься. Меня нужно снять с этого дела.
– Может, ты все-таки скажешь, что произошло?
– Я все на хрен испортил. Вот что произошло.
Джейн редко слышала от напарника бранные слова, и то, что с его губ сорвалось ругательство, изумило ее даже больше, чем само признание Фроста. Она вошла в комнату, закрыла за собой дверь, придвинула стул и села прямо напротив Барри так, чтобы тот был вынужден смотреть на нее.
– Сегодня вечером ты должен был сопроводить ее домой. Верно?
Он кивнул:
– Сегодня моя очередь.
– Так почему же ты не приехал сюда?
– Это вылетело у меня из головы, – тихо признался он.
– Ты что –
Из его груди вырвался мучительный вздох.
– Да, я забыл. Я должен был приехать сюда в шесть, но меня задержали. И поэтому я больше не могу работать по этому делу. Мне нужно взять отпуск.
– Ну хорошо, ты напортачил. Но ведь Пульчилло пропала, и нужно свистать всех наверх.
– Сейчас я совершенно бесполезен. Я снова все на хрен испорчу.
– Да что, черт возьми, с тобой происходит? Ты расклеился как раз в тот момент, когда больше всего нужен мне!
– Элис просит развода, – сказал он.
Джейн смотрела на него во все глаза, не зная, как ей реагировать. Если когда-нибудь ей и нужно было обнять своего напарника, то именно сейчас. Но она никогда раньше не обнимала его, а потому сейчас это получилось бы фальшиво. Поэтому Джейн произнесла только:
