Он не мог оторвать взгляд от безумца. И вовсе не из-за страха, что тот упадет. Все дело было в том, что незнакомец смотрел прямо в окно их офиса.
— Мистер Деламот, мы готовы. Начнем с товарного портфеля? — предложил старший юрист.
— А?.. Да, конечно.
Виктор опустил штору и вернулся к обсуждению вопроса о том, сколько он сможет взять с собой на тот свет.
Сара стояла у невзрачного магазинчика, разглядывая солнце и луну, выгравированные на дверях. На фасаде не было названия, но внутренний голос подсказал ей, что она близка к цели.
Девочка вошла в маленький зал, и ей показалось, что она попала в музей.
«О боже, у них не может быть таких часов, — мысленно расстроилась Сара. — Кругом одно старье!»
— Чем могу быть полезен?
Навстречу посетительнице вышел владелец магазина, напомнивший ей учителя химии, который преподавал у них в десятом классе, — такой же седой, в очках с узкой оправой. Он тоже носил жилетки.
— А у вас есть… хотя, наверное, нет… — сбивчиво начала Сара и запнулась. — Вообще, понимаете, должны быть такие часы. Я даже не знаю, выпускают ли их, но…
Пожилой человек сделал останавливающий жест.
— Позвольте, я позову того, кто вам поможет, — ответил он.
Хозяин отлучился на минуту и привел из дальнего отдела магазина своего сотрудника. У него было серьезное выражение лица и всклокоченные каштановые волосы. На нем ловко сидела черная водолазка. Саре он показался довольно симпатичным.
— Привет, — сказала девочка.
Мужчина молча кивнул.
— Это часы из фильма. У вас вряд ли такие найдутся…
Сара минут десять пыталась объяснить, что ей нужно. И постепенно сбилась с темы, рассказывая не столько о предмете своих поисков, сколько об Итане. Да, она вот, знаете, решила сделать ему хороший подарок…
С продавцом часов оказалось легко беседовать — он слушал с таким терпением, словно впереди у него была вечность. Должно быть, его хозяин довольно снисходителен, подумалось Саре, между тем она тараторила без умолку. Ни с матерью, ни со школьными товарищами девочка не могла поделиться своей тайной. К тому же, по словам Итана, он хранил в секрете их отношения, и она следовала его примеру. Но здесь, с незнакомым человеком, было нечего стесняться, и Сара с радостью и облегчением выкладывала все, что наболело у нее на сердце.
— Иногда он не очень-то разговорчив, — жаловалась она, — и не всегда отвечает на мои сообщения.
Помощник хозяина кивнул.
— Но я знаю, что он любит этот фильм. И часы эти ему нравятся — они вроде бы треугольные? Я хочу его удивить.
Продавец снова согласно закачал головой. Вдруг ожили часы с кукушкой. Она громко прокуковала пять раз, возвещая, что в Нью-Йорке пять часов.
— Ой-ой-ой, хватит, — взмолилась Сара, зажимая уши ладонями. — Прекратите это.
Мужчина бросил на нее такой взгляд, словно она была в опасности.
— В чем дело? — не поняла Сара.
Кукушка спряталась за дверцу.
Повисло неловкое молчание.
— Гм… — начала Сара, — если вы покажете мне обычные часы, я попробую пояснить на примере, какие мне нужны.
— Отличная мысль, — вмешался в разговор хозяин.
Помощник пошел в дальний отдел магазина. Сара барабанила пальцами по прилавку. Рядом с кассовым аппаратом она заметила поднятую крышку, украшенную драгоценными камнями. Старинные карманные часы с расписным корпусом. Похоже, очень дорогие.
Продавец вернулся, держа в руках коробочку. На ней было фото из фильма «Люди в черном». Он протянул ее Саре. Внутри лежали гламурные черные часы в форме треугольника.
— О боже, у вас они есть? Как я рада! — взволнованно воскликнула девочка.
Он склонил голову к плечу:
— Почему же вы такая грустная?
— А? — переспросила Сара, прищурившись. — В каком смысле?
Она посмотрела на владельца магазина — тот, по-видимому, был смущен. Помявшись, он прошептал извиняющимся тоном:
— Он настоящий мастер своего дела.
Сара попыталась отмахнуться от вопроса. Кто сказал, что она грустная? Кому какое дело до ее чувств?
Она опустила глаза и увидела цену на футляре. Двести сорок девять долларов. Внезапно ей стало не по себе и захотелось поскорее уйти.
— Хорошо, я куплю их, — сказала она.
Помощник бросил на нее сочувственный взгляд.
— Итан, — произнес он с запинкой. — Он ваш муж?
— Что? — взвизгнула Сара и вдруг, сама того не желая, широко улыбнулась. — Нет! Господи, я еще школу не окончила.
Она откинула волосы назад. Настроение у нее внезапно улучшилось.
— Ну, возможно, мы когда-нибудь поженимся. Но пока что он просто… мой парень.
Сара впервые назвала так Итана и чувствовала себя не совсем уверенно, точно вышла из примерочной в слишком короткой юбке. Однако продавец улыбался ей в ответ, и девочка простила ему странное замечание о том, что она грустная. Ей хотелось снова и снова повторять: «Мой парень» — это звучало так здорово.
Каждый вечер, когда в Нью-Йорке садилось солнце, Дор поднимался на крышу какого-нибудь небоскреба и устраивался на самом краю.
