- Уверяю вас, я в курсе. – Серьезно кивнул отрок семьи Талисы. – Не далее, чем два дня назад, она примчалась ко мне в дом, сетуя на то, что ее дочь погрязла во блуде. Она истерла и едва не билась головой о стену от отчаянья. Признаюсь честно, мне едва удалось успокоить ее с помощью валерьянки и ватки, окропленной нашатырным спиртом. Но самое удивительное, когда я уже собирался отправить ее обратно, отделавшись стандартной фразой, мол, бесы редко вселяются в людей, я все же решил проверить ее простейшим ритуалом сканирования.
- Надо думать, там-то ты и обнаружил остаточные следы соприкосновения с тварями изнанки. – Понимающе кивнул Олег. – В любом случае, вполне успешное изгнание, поздравляю вас, господин Клим. Для отрока провести даже столь простой ритуал, более чем достойное действо. И вы справились с ним на пять с плюсом.
Мужчина кивком подтвердил принятую похвалу, даже не обернувшись в сторону питерского колдуна. Те, сославшись на недостаток места в комнате, взялись ждать нас у подъезда, покинув комнату.
- Мать не зря считает, будто в ее дочь бес вселился. Девка у нее растет настоящей оторвой в плане интимной близости с мужчинами. Я тут переговорил с некоторыми соседями, и выяснилось, что в соседних домах, почти не осталось мужчин, с которыми бы эта пигалица не покувыркалась. – Неожиданно доверительно сообщил мне член семьи Талисы. – Девица не просто бойкая в плане перепихона, она банально не способна держать свои коленки соединенными, бросаясь из койки в койку почти каждого встречного-поперечного.
- Золото, а не девушка. – Хохотнул я.
- Медуза таких серьезных отклонений в психике не вызывает. Она тянет из человека энергию, наоборот лишая его сил и возможностей, а не превращает в похотливое животное. Придется сообщить матерее об успешном изгнании демона, но оставшихся в теле следах, в виде повышенной возбуждаемости.
- Скорее повышенной похотливости.
- Вам смешно, господин Чернов, а нам здесь еще жить. Не дай господь, эта оторва заразится срамной болезнью и начнет разносить эту дрянь по городу. Красивая ведь чертовка, да и молодая, тело приятное. Мало кто из мужчин устоит перед такой, особенно когда она сама тебе в штаны лезет.
Последовавший за этим разговор с матерью девушки сопровождался водопадом слез и благодарностей. Правда, я до конца не понял за что она благодарила. Да, жизнь ее дочери спасли, но ведь она об этом не знает. Да и похотливое поведение ее ненаглядной девочки не изменится ни на грамм. Какой была, такой и останется.
- Господин Клим, мы проделали долгий путь в ваш город по вашей же просьбе и хотелось бы закрыть этот вопрос раз и навсегда, зачем мы здесь? Что за срочная помощь необходима семье Талисы? – Встретил нас у подъезда Олег.
- С места в карьер, да? Возможно, сперва, мы доберемся до особняка семьи, где я угощу вас обедом под бутылочку восхитительного вина?
- Предпочитаю сначала решать дела. Перекусить можно и по дороге. – Возразил питерский колдун. – Признаюсь честно, не смотря ни на что, я чувствую себя не особо комфортно на территории клана Ярмо. Пускай и просьба о помощи пришла от одной из семей этого клана.
Клим вздохнул, осмотрелся по сторонам, убеждаясь, что никто не сможет нас подслушать. К счастью для нас, большинство людей не обращало ни малейшего внимания ни на что, кроме припаркованного спорткара. Молодежь уже успела не только сфотографироваться рядом с ним, но отдельные безбашенные личности уже начали снимать видосики, взобравшись своими задницами на капот машины.
- На нашей территории возникли серьезные проблемы, с которыми, увы, наша семья не в состоянии справиться. – Начал он, присаживаясь на лавку.
- Надо полагать, раз вы обратились к Северным Ветрам, вместо того, чтобы отправить прошение о помощи в собственный клан. – Перебил его я.
- Не стоит меня осуждать, прежде чем узнаешь причины. – Зло скосил на меня взгляд Клим. – Я лично отправил в столицу четыре запроса. Ждал больше полугода, но все мои сообщения были проигнорированы. Еще лет восемьдесят назад наша семья не только была единоличным защитником этого города, но так же входила в пятерку крупнейших семей клана за пределами столицы. Вот только с тех далеких пор многое изменилось. Сперва, война с европейскими колдунами в астральных слоях, которая отняла у нас многих обладателей дара, затем десятки неудачных браков, когда члены нашей семьи переходили в другие семьи. И, наконец, словно вишенка на торт, бездетность. Из двадцати восьми детей, родившихся за последние тридцать лет в нашей семье, лишь двое обладали колдовским даром.
Я внимательно слушал его историю, как и Себастьян, опустившийся на ветку соседнего дерева. Ворон очень любил подобные истории, коллекционируя их, словно спятивший богатей деньги. В принципе, в его исповеди не было ничего необычного. Подобное происходило со многими семьями. Одни восходят на самый верх, увеличивая свою численность и укрепляя власть, другие, те, что еще сотню лет назад правили кланом, удерживая в страхе многих носителей дара, канули в лету истории. Это жизнь, и она сурова.
