Сейчас он сидел на сухой ветви дерева, с интересом ожидая моих дальнейших действий. Большинство живых существ, будь то люди, животные или птицы, старались инстинктивно держаться подальше от проклятого дерева. И это было более чем разумно. Стоило коснуться его, задержаться в этом месте дольше, чем на несколько минут и поглощенное деревом проклятие начнет медленно проникать в живое тело. Серьезно повредить оно не сможет, так как ослаблено дубом, но мелкие неприятности в течении следующих нескольких дней гарантировано ожидают разумного. Ворону же было на это глубоко плевать. Как и любой другой фамильяр, Себастьян был полностью нечувствителен к действию любого проклятия. Даже тёмная магия, во всем своем разнообразии, воздействовала на слуг колдунов, куда слабее, чем на любое другое существо. В прошлые века, когда битвы между кланами колдунов были в самом разгаре, а мир астрала делился на территории, рассеченные границами, магию тьмы применяли довольно часто, и именно фамильяры были тем оружием, которое с легкостью низвергало колдунов, посвятивших свою жизнь изучению темного искусства.
Сейчас подобных мастеров практически не осталось, а темная магия была под строжайшим запретом. Любое применение подобных чар, как и жертвоприношения, жестоко пресекались и карались по закону. Это конечно же не означало, что многие колдуны, даже члены мощных семей, не станут баловаться с черной магией. Но тут ударение нужно ставить именно на слове «баловаться». Ведь мастеров, изучающих темные искусства, уже почти не осталось.
- Твои предложения? – Немного рассеянно выдал я.
- Оставь дерево в покое. – Предложил ворон. – Оно уже поглотило проклятие. Через две-три недели дуб окончательно распеться, а тёмные чары уйдут в землю, где со временем развеятся.
Предложение было более чем разумное, особенно если учитывать, что мы находились в глуши, далеко от цивилизации и до ближайшего человеческого жилья было не меньше четырех часов. И все же я решил не оставлять все на волю случая, занявшись подготовкой ритуала очищения. На что ворон только вздохнул и, взмахнув крыльями, унесся на север. Видимо фамильяр все же решил самостоятельно добраться до первой цели нашего путешествия, не дожидаясь меня. Бог с ним, хоть немного отдохну от его нравоучений и возмущенных воплей. Будь его воля, ворон и вовсе не покидал бы столицу, отсиживаясь в родовом гнезде.
Почти час мне понадобился на проведение необходимых ритуалов и очищения дерева от скверны проклятия. Когда работа, наконец, была выполнена, я, закинув на плечо рюкзак, вышел на грунтовую дорогу и двинулся через зажатую меж густым лесом и холмами тропу. Как всегда я оказался далеко в глуши, куда редко ступает нога человека и уж тем более городского жителя, привыкшего к асфальтированным улочкам, ухоженным паркам и многочисленным кофейням, где можно перекусить в разгар прогулки. Здесь же, вдали от цивилизации, закусить могли разве что мной. Пару раз издали я слышал волков, дважды повстречал таращившихся на меня из леса медведей. К счастью, ни один из них мною не заинтересовался. Один так и вовсе чесал спину о кору дерева, повизгивая от удовольствия и в мою сторону даже морду не повернул.
Пиу-пиу-пам-пам-пиу!
Раздавшаяся из кармашка рюкзака мелодия, прозвучала столь неожиданно, что я даже вздрогнул. Сотовая связь в этих местах не должна была ловить, а значит, раз телефон звонит, со мной желал связаться кто-то из колдунов. Как пить дать кто-то из членов моей многочисленной семьи. Я даже скривился, не желая брать трубку. После той истории, когда сотни человек видели и снимали на телефон мою охоту на неглина, старшие члены семьи были в ярости, поливая меня сочными эпитетами, не стесняясь высказывать свое «уважаемое» мнение, на счет всей этой ситуации.
- Слушаю. – Хмуро щелкнул по кнопке вызова я.
- Здравствуй, братец. – Раздался из динамика мелодичный голос.
- Сестра.
Я даже выдохнул. Это не очередной болван, решивший высказать мне опасения на счёт моих действий.
- Как долетел?
- Лиль, давай без политесов. Ты ведь не просто так мне позвонила.
- А ты мог бы и вежливость проявить. Все же я одна из немногих членов семьи, кто еще не отвернулся от тебя из-за твоего нестерпимого характера и ослиного упрямства.
- Я кладу трубку. – Вздохнул я.
- Ой, да дай сестре выговориться. – Хихикнула девушка. – Я, знаешь ли, в последнюю неделю не на своей красивой попке ровно сидела, а бегала из одного родового дворца в другой, уговаривая, убеждая и, откровенно говоря, подкупая членов нашей семейки, чтобы на совете семьи тебя не на шашлыки пустили, а приговорили к более мягкому наказанию. Мог бы и спасибо сказать.
- Спасибо. – Покорно произнес я. – Я даже удивлен, что у тебя получилось хоть что-то сделать. Честно сказать, я уж решил, старики меня на части порвут.
