- Есть хочу....
ТОП-ТОП-ТОП!
Кто-то подошел к двери.
ШШДЫК
Раздалось от двери, и она со скрипом медленно открылась.
Это была пожилая женщина с подносом в руках. Её наряд будто взят с какой-то картинки из учебника по истории, такие же праздничные белые одежды с вышитыми красной нитью узорами, но сейчас не вспомню какой. В голове полный бардак.
- Спасибо! А у вас праздник?
- Да, нынче день Купалы! ...?
Она смотрела на меня с озадаченным видом, будто что-то хотела сказать, и казалось, что для неё - дикость, что я не знаю о сегодняшнем празднике.
- День Купалы? Я Сколько же я спал? Наверно поэтому потерял счет времени.
- Коласий сказал, что Софья матушка за меня просила, и поэтому я жив остался, передайте ей мою благодарность.
- В благодарности твоей не нуждаюсь! Старейшины молвили, коли тебя к нам в Скуф привесть, то беду накличем. Но их речи слушать не стала, ты помог нам, а долг платежом красен, да и беда не ходит одна.... Коли на нас в лесу напали, то и сюда тоже явятся.
- В любом случае благодарю вас! За помощь мне, за хлеб и воду!
С этими мыслями я встал и поклонился ей, положа правую руку на сердце.
- Коли так, ответь, был ли ты ранее в здешних краях, может батюшка твой тут бывал?
- Нет, не бывал я здесь ранее, хотя, может в прошлом году мимо проходил....
Она посмотрела на меня холодным взглядом, потом поставила поднос на стол и ушла.
ШШДЫК!
Дверь опять закрылась на засов.
На подносе лежала не маленькая краюха хлеба, и поначалу, желания есть её не было, да и к такому перекусу отнёсся с подозрением. Но буквально через пару минут запах свежеиспеченного хлеба наполнил комнату, и я не выдержал. Хлеб оказался очень вкусный, такого еще не ел: теплый, мягкий, с хрустящей корочкой, каждый кусочек таял во рту. И кусок размером с половину обычной буханки - исчез за пять минут. Вода в кувшине оказалась не менее вкусной чем хлеб, и именно вкусной, хоть и была обычной водой.
ШШДЫК!
Вновь услышал знакомый звук, вошла другая женщина.
- Вот, здесь сухие одежды и немного хворосту.
Положила возле двери и вышла. Дверь закрылась..., странно, тишина лишь звук удаляющихся шагов. Подойдя к двери, попробовал её приоткрыть, и она с лёгким скрипом открылась.
От двери шел прямой коридор в полтора метра шириной, с правой стороны были еще 3 двери, потом коридор поворачивал на лево.
Подбросив хвороста в огонь, я переоделся. Она принесла такую же одежду, как и у Коласия.
Передвинув лавочку поближе к огню, разложил на ней мокрые вещи, а сам сел рядом.
Выходить из комнаты не рискнул, мало ли что людям в голову придёт. На мой взгляд, лучше подождать, пока вернутся ребята, и у них всё расспросить. Я прилёг на лавочке и стал думать.
Я еще размышлял так минут десять, пока не согрелся, и в итоге уснул. Всё же, оставался страх, и надежда: страх реальности происходящего, и надежда на то, что всё это сон, и когда я проснусь, всё будет хорошо.
* * *
- Доктор, так, что скажите, как он?
- Пока ничего конкретного, но предварительно, с ним всё нормально, максимум - небольшое сотрясение.
- А тот парень, Змейкин, он говорил, что возможно это травма позвоночника, и он может остаться инвалидом!