— Ладно, старче, отсыпь-ка нам сушеных. Соленые это под спиртное хорошо, свежие хранить негде, а вот сушеный гриб — в самый раз будет. И так есть можно, и суп походный сварганить. Так, ребята, больше не пить! — строго добавил сержант.
— Ну, сушеных, так сушеных. — согласился седой, а бабка покорно убрала выпивку и закуску. Взамен этого на газетке появилась странная тарелочка из желтого металла.
Сильно не понравилась Лошкареву эта тарелка. Странная какая-то, навевает тревожные мысли. Почему? Сама посудина вытянутая, как чешуя, и высокий бортик у тарелки только один, так что суп из нее не поешь, только твердую пищу. И не покидает чувство, что где-то видел сержант такую тарелку. Только вот, где? Память отказывала.
Торговец же спокойно развязал холщовый мешок с грибами и насыпал небольшую, приятно пахнущую, кучку на эту тарелочку.
— Одна тарелка — три патрона. Вам сколько, ребята?
— Слышь, дедок! А откуда у тебя эта посудина? — поинтересовался Степан.
— Да выменял у пришлых людей. Хорошая вещичка! Нравится? — усмехнулся старикан.
— А что за люди-то? — попытался вызнать командир.
— Эй, парень! Че ты опять к сыну моему пристал! — вмешалась «мамочка». — Хочешь покупать — плати деньги! Мы тут не справочное бюро.
Степан оглянулся на своих спутников и нехотя достал патроны от «калаша» — универсальную валюту. Никто не помнил, почему и когда патроны заменили деньги, но, видимо, это справедливо в новом изменившимся мире. Подобные «деньги» могут спасти тебе жизнь, в отличии от шуршащих бумажек, придающих уверенность лишь в туалете. В метро каждый решает сам за себя, кто он — герой или засранец. При встрече со смертью, лучше подороже продать свою жизнь, нежели просто обделаться.
— Две тарелки за пять! Подойдет? — попробовал сторговаться сержант.
Престарелая мамаша прищурила подслеповатые глаза. Задумалась. А у сержанта не выходила из головы эта тарелка. Понятно, что грибники что-то знают. Информация может оказаться полезной. Степан выдержал небольшую паузу и выдал, снизив голос почти до шепота:
— И еще три патрона, если расскажете о бывшем хозяине вещички.
— Хорошо, — согласилась старуха. — Давайте свои денежки! Отсыпь ему, Сеня. С малой горкой отсыпь.
Седой повиновался и пересыпал в объемный кармашек вещмешка две полных тарелки. С довеском.
— Девка тарелку на грибы выменяла, — нехотя промолвила старушенция. — Обычная девчонка, но пришлая.
— А как выглядела? Давно это произошло? — попросил уточнить Степан.
— Часа три назад, — ответила бабка. — А выглядела, хм… Да, не помню, обычная девка. Косынка у нее зеленая, вот.
— Бандана, может? — встрял доцент, вытерев пот со лба.
— Я, милок, русская бабушка, я иностранных слов не понимаю. Платок на голове. По-нашему, — это косынка. А вы называйте, как хочите.
Торговка насупилась, всем своим видом показывая, что больше от нее ничего не добьешься. Степан отсчитал восемь патронов из запасного рожка, деньги звонко брякнули об алюминиевую тарелочку. Седой усмехнулся и быстро прикрыл свою добычу полой одежды.
— Куда путь-то держите? — неожиданно спросил седой. — А, ясно… Военная тайна.
— Смешной ты старик, однако, — возразил сержант. — Коли грибов взяли, то явно не с Севера идем. Выше по ветке, небось, и грибы подешевле продают?
— На «Политехе» инженеры сидят. Торговать не разрешают. А на «гражданке», да. Там дешевле.
— Что за «инженеры»? — спросил Лошкарев.
— А бог их знает, там же академия связи недалеко, университет политехнический. Бают, что у этих объектов есть подземные бункеры, связанные с метро. Не туда ли топаете? Так это…
— Нет! — грубо отрезал Степан.
Вот это уже ценная информация. Интересно, а наземное здание университета охраняется? Хотя, не стоит сильно раскрывать карты. И так много болтаем.
— Мы на «Академку» идем, старче, — соврал Ершик и почесал за ухом.
— Да? — удивился дедок.
— Да. Как лучше добраться? Может дрезина у кого есть?
— В левый тоннель сходите. Третья дверь от платформы. Стукните посильнее. Вас отвезут, коли финансы имеете.
Командир хмыкнул и повел отряд вдоль по платформе.
Может быть, тревога, овладевшая им, напрасна? Бедные же люди. Подножным кормом питаются. Небось, найденные грибы на мясо и сахар выменивают. Пожалеть надо, а не подозревать. Однако странная тарелка не выходила из головы. Где-то Степан ее видел…
Серые выцветшие палатки сменяли одна другую. Изредка попадались и яркие, синие или желтые шатры, они выпадали из общей темной массы. Между убогих жилищ натянуты веревки с бельем, которое будет сохнуть очень долго без тепла и солнечного света.
Вот и тоннель, указанный стариком. Темно и тихо. Доцент осторожно опустил ногу с платформы.
— Можно сказать, что сухо.
Командир подал условный знак, чтобы люди остановились и не делали резких движений. Осторожность не помешает. Степан включил походный фонарь и аккуратно посветил в тоннель. Что это? Какая-то зеленая тряпочка мелькнула в темноте и снова пропала! Бандана! Неужели, «зеленые»?
— Назад! — зашипел командир.
— Товарищ сержант…
